Онлайн книга «Метла»
|
Она всхлипнула, и вдруг горько заплакала, размазывая уже старческие, безнадёжные слезы по не накрашенному лицу. Затем, словно опомнившись, неистово перекрестилась. В её квартире произошли резкие перемены. Теперь все стены были завешаны иконами, частью — купленными в церковной лавке, частью — вырезанными из каких-то книг и журналов. Исчезла пепельница в виде черепа со стола, на её месте появился подсвечник—менора с шаббатными свечами, нияр шабат мадлика. Так же горело много свечей, купленных в православной церкви. Упавшая со стены маска африканского вождя была последней каплей похороненных Алёной Фёдоровной надежд. Отныне она представляла остаток своей унылой жизни так — без эмоций и высоких, пусть даже дерзких мечтаний, без вызывающих нарядов, которых просто не для кого стало носить, без вдохновенных переживаний. В общем, без любви. Алёна Фёдоровна упаковала маску в пыльный чемодан, снятый с антресолей, вернула чемодан на место, подошла к стене, увешанной иконами, неумело, но неистово крестясь: — Согрешила, прямо совсем согрешила, — проговорила она, обращаясь к строгому лику какого-то неизвестного ей, но кажущегося авторитетным святого. — Но ведь не настолько, чтобы нечистой силы воинство на меня посылать. Господи, ты добрый, помоги мне. Отведи нечистую силу, а... Тут Алёна Фёдоровна, не выдержав, расплакалась: — А Сергея Петровича верни. Пожалуйста! Она опять неумело и неуверенно перекрестилась, затем тихонько прошла в коридор, отворила входную дверь, прислушиваясь, что происходит в квартире Аркадия и Лёли. Из квартиры соседей доносились вкусные запахи готовящегося завтрака, умиротворяющий звон посуды и невнятное бормотание Лёли, которая что-то выговаривала Пончику. Алёна Фёдоровна, полная тоски, разочарования и злобы, закрыла дверь. 4 К концу рабочего дня в Лёлиной аптеке ещё топтались перед витринами несколько человек: молодой человек и пара пожилых женщин. Она вопросительно посмотрела на парня, который, судя по всему, уже определился. — В общем, дело такое, — неожиданно замялся целеустремлённый на вид юноша. — Лежит человек пластом, молчит, только кашляет. Температура высокая, из носа течёт... Лёля на мгновение скрылась за стеллажами, и вынесла несколько коробочек и бутыльков, стала выставлять по одному перед покупателем: — Вот этот порошок растворите в кипятке, пусть немного остынет, но пить нужно горячим. Три раза в день после еды. Вот капельки в нос, прокапаете. Эту таблеточку пусть на ночь выпьет. Парень кивал, типа, «ага, понятно…» — От кашля можно взять эти таблетки, или сироп. — А какая разница? — проявил он заинтересованность. Лёля продолжала гриппозный ликбез: — По действию разницы никакой, просто некоторые не любят пить сироп. Он горьковатый. — Ну, я не знаю. — Решение далось ему с некоторым трудом. — Дайте и таблетки, и сироп. Лёля пробила сумму в кассе: — Восемьсот сорок восемь рублей. Парень протянул деньги, сгрёб маленькие бутылочки, но уходить не спешил, что-т о было у него на уме ещё. Наконец он спросил: — А как быстро это все поможет? — В порошке есть жаропонижающее и болеутоляющее, — ответила терпеливо Лёля. — После первого же приёма должно стать легче. Парень явно оживился, быстро и радостно указал на пачку презервативов: |