Книга Рыжий демон осенних потерь, страница 61 – Евгения Райнеш

Получилось несколько неуклюже, но главное Кондратьев понял.

— Мистика и экстросенсорика, – разочарованно протянул он.

— Шестое чувство, – упрямо и с нажимом повторила я. – Которое может найти дорогу в тех дебрях, где логика заблудится. И оно подсказывает мне, что истоки нужно искать в семье Кейро.

— Опять ты…

— Не отрицай, что я с Лейлой Кейро если не одно лицо, то похожа просто феноменально.

— Есть немного, – опять уперся Кит, – но не одно лицо. Тип такой. Знаешь, мне вообще кажется, что все красивые женщины похожи.

Он явно не хотел развивать эту тему.

— Вот те на, – я улыбнулась. – В курсе, что сейчас всех красивых женщин оскорбил?

— Я не в том смысле, – нахмурился Кит. – Не передергивай. Я имел в виду, что Лейла Кейро похожа на тебя, насколько это вообще можно понять по старой фотокарточке, общими чертами лица. А главное – глаза совсем другие. Взгляд иной. Неужели не увидела этого?

— Разглядела чуть позже и поняла, что я просто не такая яркая, как Лейла. И, знаешь… Это совсем не обидно. – Я хмыкнула. – Так что продолжим. Если Лилу – это Лейла?

Кондратьев покачал головой?

— Тогда ей сейчас за полтинник. Как можно спутать с тобой?

— Было темно, – я пожала плечами. – И знаешь, некоторые женщины умудряются и в старости сохранить девичью фигуру.

Кит вздохнул.

— Но чего он на самом деле тогда от нее хотел? Ощущение такое, что умолял о свидании… Сколько ему было на вид, ты говоришь?

— Тоже лет сорок-пятьдесят. Думаешь, любовник?

— Или наркоман. Нормальные люди в таком возрасте на колени в грязь не бухаются, – проворчал Кит.

Он точно вообще никогда не бухался ни перед кем на колени. Ни в грязь, ни на начищенный до блеска паркет. И люди, способные на такие дикие поступки, Кита очень раздражали.

— Истеричные натуры могут, – сказала я. – Кстати, я просила пробить по базе Асира Кейро. Ты нашел?

Кит покачал головой:

— Пока нет.

— Единственный, кто может хоть что-то рассказать о Кейро! Кит, ну, какого…

— Алька, ты хоть понимаешь, что у меня еще и свои прямые служебные обязанности есть? И личная жизнь…

— У тебя нет никакой личной жизни, – авторитетно заявила я.

— Так из-за… – взвился Кондратьев. – Из-за того, что…

Он вдруг осекся. И уже спокойно констатировал:

— Из-за твоих семейных проблем. Из-за того, что совершенно не разбираешься в людях.

— Например? – прищурилась я.

— Ты вышла замуж за Успенского, – парировал Кит.

— Вероника тоже, – я вернула пас. – И она, заметь, была первая, кто попал в эту семью.

— Ладно, – в глазах Кондратьева загорелся опасный огонек. Он точно не собирался сдаваться. – Но именно ты привела в дом непонятно кого. Я теперь даже не могу называть ее Марией Николаевой. Потому что не знаю, кто она на самом деле. Кстати, почему никто ни разу не понял, что на фото совсем другой человек?

— Мы не знаем, сколько раз и где она предъявляла этот паспорт, который опять же неизвестно где раздобыла. Может, прошло всего несколько часов с тех пор, как эта девушка взяла чужой документ и появилась в «Лаки», где я ее встретила. Точно она сдавала его в ЗАГСе. А потом сразу сменила. Знаешь, я думаю… Она ведь очень молодо выглядела, поэтому люди, которые смотрели в паспорт, прежде всего, обращали внимание на дату рождения. Понимаешь, ее внешний вид сбивал их с толку. А сбитые с толку люди становятся невнимательными. Если только они не криминалисты.