Книга В сумерках моря, страница 136 – Вадим Панов

Разговор шёл под запись, поэтому Тихомиров вернулся к обращению на «вы». Чащин не возражал.

— Но сначала, если вы не против, Андрей Константинович, я бы хотел узнать, почему для разговора об Але вы доставили нас с Джиной в отделение полиции?

— Мне показалось, так будет удобнее.

— Вам показалось.

— Если будете нормально себя вести, Феликс Анатольевич, скоро вы сможете вернуться к своим делам.

— Это официальный допрос? – Чащин покосился на видеокамеру.

— Пока – опрос. Вам рассказать, что такое опрос?

— Мне кажется, я уловил разницу.

— Доводилось проходить через подобное?

— Вы хотите поговорить об Але или обо мне?

— О чём сочту нужным.

— Справедливо.

— Не ожидал услышать от вас такие слова.

— Я полон сюрпризов, Андрей Константинович.

— Поделитесь ими?

— Для этого мы должны лучше узнать друг друга. – Чащин откинулся на спинку стула и поднял брови, показывая, что полностью открыт к сотрудничеству.

— Ну, что ж, у нас будет время как следует познакомиться, – пробормотал Тихомиров. – Феликс Анатольевич, вы не могли бы описать род ваших занятий?

— Продаю хот-доги из передвижного ларька, – с готовностью ответил Чащин.

— А в Москве?

— И в Москве любят булки с сосисками, особенно на крупных мероприятиях, – с энтузиазмом продолжил Феликс. – У продажи хот-догов из ларька на колёсах есть очень важное преимущество – мобильность. Я продаю хот-доги в Москве, когда наскучит – переезжаю во Владимир, или Тверь, или Ярославль… А летом предпочитаю работать в Крыму или Краснодарском крае.

— Вы уже рассказывали, что сочетаете приятное с полезным.

— Путешествую и зарабатываю.

— Не планируете стать тревел-блогером?

— Размышляю об этом и уже придумал название: «Придорожная сосиска». Как вам?

— Весьма остроумно.

— Отражает происходящее.

— Привлекались?

— У вас компьютер поломался? – участливо осведомился Чащин. – Или в базе МВД забанили?

— Мне было интересно, как вы ответите, Феликс Анатольевич.

— Я чист перед законом, Андрей Константинович. И, возможно, даже перед совестью.

— То есть насчёт совести вы не уверены?

— Совесть понятие объёмное и не всегда поддаётся чеканным формулировкам закона, – ответил Чащин. – Печально, конечно, но я ещё не встречал людей, которым не было бы стыдно за нечто когда-то совершённое.

— Как это связано с совестью?

— Напрямую, Андрей Константинович, не сомневаюсь, что в вашем прошлом тоже есть тёмное пятно, не попадающее ни под одну статью Уголовного кодекса Российской Федерации, но заставляющее вас стыдиться.

— Вы очень уверенно себя ведёте, Феликс Анатольевич, – заметил Тихомиров.

— Потому что не чувствую за собой никакой вины, Андрей Константинович.

— Я ждал этого ответа.

— Я знаю.

— Почему?

— Потому что вы знаете, что это так. – Феликс посмотрел на часы. – Теперь, после того, как мы выяснили, что я – честный бизнесмен, вложивший все свои средства в передвижную закусочную, давайте поговорим об Але. Я познакомился с ней несколько дней назад на пляже под Судаком. Не подружились. Не любовники. Не имеем общего бизнеса. Просто узнали о существовании друг друга. Я достаточно полно ответил на ваш вопрос?

— Когда вы видели её в последний раз?

— С ней что-то случилось?

— Сегодня утром Алина Алексеевна Пожарская была обнаружена мёртвой.

— Какое отношение к этому имею я?