Книга В сумерках моря, страница 194 – Вадим Панов

— Простите, мы закрыты, – повторил Феликс. – Электричества нет.

— А ваши конкуренты работают, – заметила одна из девушек, указывая на фургон с шаурмой.

— Внутри что-то поломалось, – соврал Вербин. – Жду мастера и втыка от хозяина.

— А-а… – разочарованно протянул белобрысый парень. – То есть хот-догов не предвидится?

— Могу выдать холодные. Бесплатно.

— Нет, спасибо, – рассмеялись ребята и направились к обрадованным конкурентам.

А к Феликсу подошёл подъехавший на неприметном «Belgee» Ярцев.

— Как бизнес?

— Сердце кровью обливается, – пошутил в ответ Вербин.

— Почему?

— Люди приезжают, а я им ничего не продаю.

— Много людей?

— Эти – первые за полчаса. – Феликс кивнул на ребят.

— Хорошо.

— Чего уж тут хорошего, – продолжил шутку Вербин. – Место – отстой, никакого дохода.

— Вижу, ты полностью вжился в роль.

— Иначе какой смысл в работе под прикрытием?

— Так ты ещё и наркотой начнёшь приторговывать.

— Сегодня начну, – не стал скрывать Феликс.

Они рассмеялись и закурили. Но сделав первую затяжку, Ярцев вернулся к серьёзному тону:

— Говорят, ты решал проблемы своей девушки с помощью бандитов?

— Я не мог выходить из образа, – медленно произнёс Вербин. – Это первое.

— А второе? – тихо спросил полковник.

— Я не знал, кто я. Сейчас понимаю, что действовал неправильно, но тогда я использовал те инструменты, что были под рукой, чтобы никто не заподозрил меня в том, что я не тот, за кого себя выдаю.

Ярцев помолчал, потом кивнул:

— Разберёмся. – И снова затянулся. Глубоко.

— Что Тихомиров? – выдержав паузу, спросил Феликс. Он сразу понял, от кого полковник узнал подробности недавних событий.

— Ему приказали вас не трогать.

— Сегодня? – уточнил Вербин.

— Сегодня, – подтвердил Ярцев. – Потом он продолжит задавать вопросы тебе и девчонке. У него серьёзные подозрения на ваш счёт.

— Безосновательные, – спокойно произнёс Феликс.

— Ты не знал, кто ты, – обронил полковник.

Намёк получился весьма прозрачным. Тем более после прозвучавшей фразы об инструментах, которые под рукой.

— Тихомиров не сможет раскрыть двойное убийство, потому что его совершила Аля, любовница Жёлтого, – произнёс Вербин, глядя Ярцеву в глаза.

— Уверен?

— Больше некому, – размеренно ответил Феликс. – Аля застрелила их, чтобы подставить Джину, которую она ненавидела.

— Если бы хотела подставить, позвонила бы в полицию.

— Думаю, убийство произошло спонтанно, на эмоциях.

— Ладно, допустим. Тем более что по двойному убийству у Тихомирова к тебе и девчонке вопросов нет – из-за алиби. – Ярцев помолчал. – Но кто убил Алю? Тихомиров считает, что это мог быть ты. Аля ненавидела твою девушку и была готова на всё, чтобы ей навредить.

Вербин же понятия не имел, кто он, и, возможно, считал себя бандитом. А как решают подобные проблемы уголовники, и Феликс, и Ярцев хорошо знали.

— Я её не трогал, я вообще не знал, что она приехала в Утёс, – твёрдо сказал Вербин. – Думаю, Читер вычислил, что Аля завалила Жорика и Тюленя, и отомстил.

— Разберёмся, – повторил полковник любимое словечко и вновь полез за сигаретами.

Весёлая компания закончила с шаурмой, вернулась к мопедам и уехала. На площадке воцарилась тишина.

* * *

Подобное происходило не часто.

Но каждый полицейский знает, что возможны случаи, когда внешние обстоятельства или пристальный интерес неких сил начинают тем или иным образом влиять на ход расследования. И чаще всего речь идёт об интересных и важных делах, которые находятся на завершающей стадии: открываются новые обстоятельства, появляются факты, улики, начинают «петь» свидетели или идут на сделку соучастники; запутанное дело приобретает очевидные судебные перспективы, кольцо вокруг главного подозреваемого сужается… И вдруг возникают «обстоятельства». Разные. Иногда неприятные. Нет, пожалуй, всегда неприятные, поскольку оказывают давление на ход следствия и не позволяют завершить дело.