Книга Колымага семейного счастья, страница 47 – Дарья Донцова

Ее свадьба удалась по полной программе: и в загс успели, и расписали торжественно, и потом там даже шампанским угостили, и в ресторане все лучше некуда – ведущая задорная, арку сделали аж на двести лет! Сначала, подняв руки, встали нанятые девочки, потом мы с Кренделем, за нами расположился Паша, который выхватил из толпы гостей хорошенькую брюнетку. Ведущая рулила процессом, кричала в микрофон:

— Что-то маловато вы молодым сладких годков вместе нажелали! А ну, становись парами!

И такая арка получилась! Всем на зависть!

После горячего официант неожиданно вынес блюдо с блинами и громко произнес:

— Ну, а теперь надо помянуть усопшего!

В зале стало тихо. Не растерялась одна Катя. Она в секунду оказалась около кельнера, отняла у него посудину и произнесла речь:

— Жаль, что сейчас тут не могут присутствовать все наши предки – бабушки, дедушки и все-все, кого мы с Федором до сих пор любим и почитаем. Попрошу сейчас выйти на середину родителей и тех, кто хранит память обо всех ушедших, и съесть по блину. Мы никогда, ни в горе, ни в радости их не забываем, поэтому на свадьбе поминаем. Оркестр!

Ведущая быстро включила музыку. Мама Оли и родители Федора, до сих пор сидевшие с каменными лицами, встали и двинулись в центр зала. Туда же примчался и официант с подносом, на котором стояли бокалы с вином. Минут через десять около меня снова оказалась Катя и проворчала:

— Надо убить ведущую и дурака подавальщика, который перепутал свадьбу с поминками. В соседнем зале народ с похорон сидит – ему туда следовало блины тащить.

— Оля просто герой! – похвалила я девушку. – Вмиг сообразила, как поступить. Даже родители жениха повеселели…

Договорить мне не удалось. Мать жениха, стройная женщина, одетая в простое, но явно очень дорогое платье оттенка шерсти сытой мыши, обратилась ко мне:

— Добрый вечер.

— Здравствуйте, – отозвалась я.

— Простите, если ошибаюсь, но вы же писательница Арина Виолова? На книжках сзади есть ваше фото, – продолжила свекровь Оли.

— Надеюсь, что в жизни я выгляжу намного лучше, – улыбнулась я.

— Вас наняли как вип-гостью? – вдруг спросила женщина. – Ох, не представилась! Я Елена Сергеевна, мать жениха. Уж простите, ваших книг не читала. Бульварная литература – не мое, я на классике воспитана: Чехов, Бунин, Куприн. Ваши произведения в бумажных обложках, дешевые такие, видела у Алевтины, матери моего зятя. Наверное, позвать вас через агентство – ее идейка.

Следовало молча улыбнуться и отойти от бабы, но тут, на беду, в милой, интеллигентной, толерантной Арине Виоловой проснулась восьмилетняя Вилка, которую двое мальчишек из соседнего дома загнали в помойку. Хулиганы прыгали у бака, обзывали меня всеми гадкими словами, определенно ожидая, что я сейчас заплачу. Но они не знали, с кем связались. Когда мое терпение доходит до кипения, во мне просыпается помесь тигра со слоном и гиеной. Я зарылась в мусор, покопалась в нем, нашла то, что хотела – а именно – жирную крысу, – ловко уцепила ее за хвост и бросила в мальчишек. Перепуганный грызун бросился на одного моего мучителя, тот с воплем удрал. Я велела второму гадкому пареньку:

— Стой тут, не шевелись, сейчас свою крысятину получишь!

Школьник умчался быстрее гепарда. Я вылезла из бака, начала отряхиваться. Крыса, которую выкинули из ее привычной среды обитания, смотрела на меня не шевелясь.