Книга Свадьба. В плену любви, страница 56 – Любовь Попова

— Ты шутишь?

— Я еду на скорости сто пятьдесят, думаешь я склонен шутить…

— Мы будем вместе?

— А мы и не расставались. Просто взяли перерыв. Или сюда, – хватаю ее за коленку и тяну на себя. Ее возбуждение бьет по нервам. Мне он нужен. Прямо сейчас.

— Сейчас? Ты же за рулем.

— На дороге никого. Иди сюда, Чебрец, трахни меня.

Против такого она просто не может устоять. Забирается на мои колени, расстегивает ширинку, доставая готовый рычаг передач и медленно вбирает всего меня, обхватывает словно тесной перчаткой.

Я открываю крышу и окна, чтобы она смогла ощутить порывы воздуха и адреналин, который бьет по каждой клетке организма. Знала, что это такое. Знала, что без нее я не жил. Не ощущал себя целым. Свободным. Живым.

— Ты серьезно хочешь, чтобы я надела этот купальник? – показываю ему две тряпочки, которые выуживая из большой спортивной сумки. – Ты где его купил? В рыболовных снастях?

Демьян ржет, достает свои плавки, и совершенно ничего не стесняясь переодевается. Вот прямо так, словно мы эти пять лет не жили на расстоянии нескольких тысяч киллометров, а были женаты и переодевались при друг друге каждый божий день. Мне в принципе сложно представить, чтобы такую же вольность я чувствовала при Андрее. С ним существовала постоянная скованность, желание казаться лучше, чем есть, притворяться, наверное. Чтобы он никогда не узнал меня такой, какой видел в том подвале Демьян. Наверное, еще было свежо отвращение, которое я видела на его лице. Почему же теперь мне плевать. Почему я спокойно снимаю всю одежду и надеваю пару лоскутков, чувствуя, как под взглядом Одинцова вскипает кровь.

— А далеко идти до бассейна? Не хотелось бы в таком щеголять перед всем честным народом.

— Ты потрясающа парадоксальна. То есть трахаться почти на виду у бедного старого судьи можно, а пройтись там, где все ходят в купальниках нельзя?

— Он ничего не видел! Так есть халат? Или я сейчас твои трусы надену, – игнорирую его стеб, а он усмехается, открывает штору, и я ахаю, когда за окном вижу длинный голубой бассейн. Практически у самого балкона.

— И что, никого больше?

— Думаешь я бы кому – то позволил смотреть на тебя в таком виде?

— А как же бедный судья?

— Так он не видел ничего, – смеется Демьян, открывает балконную дверь и просто падает в воду, оставляя на стекле несколько крупных капель. Я смахиваю воду с лица, смеюсь и иду наблюдать за этим дельфином. – Знаешь сколько я не купался?

— И я должна тебе поверить, что в солнечной Италии нет таких вот мест?

— Есть конечно. Полно. Но я работал, разъезжал по объектам, постоянно учился и читал. Представляешь меня в очках?

— Ты посадил зрение?

— Иди сюда. Пожалеешь меня.

— Твои бедные глазки?

— И не только,– выхожу к нему, касаясь ногой воды.

— Она теплая!

— Она с подогревом. Можем сами температуру регулировать.

— Я никогда не плавала в бассейне, – признаюсь я, обнимая себя руками. Демьян пожимает плечами. – И вообще нигде.

— Мне тут по грудь, Ась. Утонуть сложно. Иди сюда.

— Сделаешь мне если что искусственное дыхание, – сажусь на бортик и тут же это твердое тело подплывает ко мне ближе, влажное, желанное.

— Рот в рот? – обнимает он мои сухие бедра мокрыми руками, пуская топот мурашек, подлезает пальцами по резинки трусиков. Это какое – то наваждение. Мы же час как занялись сексом, час как отлипли друг от друга. Почему все тело немеет, стоит нам снова оказаться так близко, снова вдохнуть воздух, который словно заряжен флюидами, словно ядом отравляющим кровь. – Или рот и твоя сладкая дырочка…