Книга Башня Авалона, страница 143 – Майк Омер, К. Н. Кроуфорд

Теперь понятно, почему он вырос таким ублюдком. Злоба порождает еще большую злобу. Впервые мне почти жаль его. Но я не могу себе этого позволить. Что бы ни было в прошлом, сейчас Тарквин пытается убить меня. И мне нужно с ним разобраться.

— Что такое, маменькин сынок? – спрашиваю я, подражая выговору его кузена. – Тебе место в конуре с другими животными?

Тарквин выпучивает глаза.

— Что ты сейчас сказала?! – рявкает он.

— Бедный маменькин сынок… Знаешь, ротвейлеры загрызут тебя, если заревешь.

Приходится действовать быстро, потому что Тарквин визжит от ярости и пытается ударить меня по голове. Сила его гнева настолько велика, что разрывает телепатическую связь. Его мысли исчезают из моего сознания, и он бросается на меня.

Но передо мной уже не осторожный и хитрый Тарквин, а безмозглый взбешенный ребенок в истерике. Годы тренировок забыты. Он машет во все стороны мечом, как боевым топором, пытаясь достать меня. Судьи, заметив это, кричат, что испытание окончено, но Тарквин не слышит. Похоже, он даже не понимает, где находится. Он бьется не со мной. Он маленький мальчик, разозлившийся на кузенов-хулиганов.

Тарквин замахивается, я отпрыгиваю влево, меч вонзается глубоко в землю. Пока Тарквин пытается его вытащить, я бью противника по лицу рукоятью шпаги и слышу, как хрустит его нос. Изо всех сил бью по запястью и снова слышу, как хрустит кость.

Тарквин вопит от боли, я отскакиваю назад. Его рука свисает бесполезной плетью, меч торчит из земли.

Райт опять кричит, что испытание окончено. Курсанты тоже орут что есть мочи. Я с трудом перевожу дыхание и смотрю на судей. У Райта и Амона испуганный вид. Вивиан встречается со мной взглядом, и ее губы изгибаются в легкой улыбке.

* * *

С легкой усмешкой я наблюдаю, как Тана и Серана сражаются друг с другом на арене. Для них это последнее испытание. Они преуспели во всем остальном, и по их четким слаженным движениям я понимаю, что это хореографическая постановка. Рыжие волосы Сераны развеваются вокруг головы, пока она изящно уклоняется от ударов.

Солнце светит по-летнему. Прошло несколько дней после нашего с Тарквином турнира, а мышцы до сих пор болят.

Но сегодняшнее состязание – танец, а не поединок. Серана даже позволила Тане слегка пустить ей кровь, чтобы все выглядело правдоподобно. Но я уже понимаю: никто не пострадает.

Дариус наклоняется ко мне и шепчет:

— Если б Серана дралась не понарошку, Тана была бы уже мертва. Будем надеяться, что она не столкнется с настоящей угрозой во время настоящего боя.

— Мы все позаботимся о ней. – Я откашливаюсь. – Если я пройду Отбор.

— Пройдешь, – заверяет он. – Можешь поверить, что я получил медный торк? Я и не думал, что вообще сдам… Был уверен, что не пройду.

У Дариуса привычка напрашиваться на комплименты, а у меня привычка подыгрывать:

— Не смеши. Конечно, ты сдал. Ты потрясающий. Мы все это знаем.

— Спасибо, дорогая… Нервничаешь перед завтрашним магическим испытанием?

Живот скручивает, меня вот-вот стошнит.

— Нет.

— Врешь.

— Внимание! – объявляет Амон. – Испытание окончено. С небольшим преимуществом победила Серана О'Рурк.

У меня перехватывает дыхание. Вот-вот объявят, кто получит торки…

Трое судей несколько минут напряженно совещаются. Вивиан достает какие-то бумаги и тычет в них пальцем. Я делаю глубокий вдох.