Книга Якудза: преступный мир Японии, страница 51 – Джейк Адельштейн

— Почему?

— Потому что, – с раздражением ответил он, – оно знало, что тысячи женщин и детей, тысячи их собственных граждан, состоящих в браке с корейцами, окажутся не дома, не в стране молока и меда, а в стране, где люди голодают. И даже когда они узнали, что эти тысячи отправляют умирать в трудовые лагеря, они хранили молчание. Потому что хотели избавиться от всех нас – всех корейцев, которые были рабами, и всех, кто приехал в Японию в поисках процветания под властью империи. Мы были их евреями, а концлагерь находился в Северной Корее. И нас туда отправили. Я не поехал, но поехали почти сто тысяч человек. Это преступление. Умышленное и злостное преступление. Япония – улыбчивый Сталин в подобострастном поклоне. Они убили нас с помощью брошюр, плакатов и Красного Креста, а США кивали и помогали им нас убивать, потому что это было целесообразно.

Он зажег еще одну сигарету.

— Это была не репатриация. Это была этническая чистка со стороны Японии и похищение людей со стороны Северной Кореи. И обе стороны пожали друг другу руки.

Ли достал с полки и показал мне несколько книг и документов, аккуратно сложенных в папки с цветовой маркировкой. Просмотрев некоторые из них, я понял, почему он так увлекается историей.

Мы проговорили несколько часов, и мне было с ним очень интересно. Я узнал ответы почти на все свои вопросы. Остался только один.

— Что стало с вашим братом?

Помолчав и как будто собравшись с силами, Ли ответил:

— Он умер два года назад. Думаю, покончил с собой, но точно не знаю. Кейко, его жена, умерла еще раньше. Мне не сообщили о его смерти. Только когда я отказался высылать деньги, не имея доказательств, что он жив, меня оповестили, что он скончался. И потребовали деньги на похороны. Я велел им катиться к черту. Не вижу смысла заботиться о мертвых, особенно отдавая деньги тем, кто их убил.

Узнав о смерти брата, Ли разорвал все контакты с «Чосен Сорен». Он вступил в ряды Миндана, чтобы восстановить контакты с другими корейцами в Японии, не имевшими никаких связей с Северной Кореей. И вот к чему это привело.

Я поблагодарил его за разговор, вернулся домой и стал писать отчет Олдману. На это ушел целый день. В конце я рекомендовал дать мистеру Ли кредит.

Олдман прислал мне короткий ответ:

«Отличная работа и замечательные сведения. Они нам еще пригодятся. История корейцев в этой стране поистине печальна».

Он предложил на следующей неделе поужинать вместе, а я предложил хороший корейский ресторан.

Миссия выполнена.

В какой-то степени мистер Ли оказался прав в своей резкой оценке «окончательного решения» Японией ее «корейской проблемы». Еще в 1955 году Министерство иностранных дел японского правительства совместно с Либерально-демократической партией работало над планом избавления от бедных корейских жителей страны. Премьер-министр Нобусуке Киши, военный преступник и дед премьер-министра Синдзо Абэ, ускорил секретные переговоры с Северной Кореей, чтобы привлечь их на свою сторону. США, стремившиеся заключить договор о безопасности с Японией, без споров согласились дать Киши то, что он хотел.

Согласно хорошо исследованной статье «Забытые жертвы северокорейского кризиса», посол США в Токио Дуглас Макартур II (игравший ключевую роль на стороне США) в 1959 году сказал своему австралийскому коллеге, что американское посольство выяснило мнение Японии и сделало вывод, что страна почти единогласно выступает за «избавление от корейцев».