Книга Три последних слова, страница 49 – Янина Хмель

«Если ты позволишь ему это, вы не встретитесь!» — вмешался его Ангел Хранитель.

«Не лезь! Они сами разберутся», — ответил ему мой Ангел.

— Маргарита, — вклинился Михаил, перебивая перепалки Ангелов, — позволь мне…

«Ну и пусть! Пусть мне срежут крылья! Зато у меня останется нимб!» — не сдавался Ангел Михаила.

— Хватит! — прошипела я, заставляя всех заткнуться.

Они замолчали.

— Что? — непонимающе посмотрел на меня Михаил.

— Если я тебе позволю, мы не встретимся. Это передал твой пернатый, — устало ответила ему.

— Но…

— Значит, есть другой выход. И я его найду.

Я приблизилась очень близко к Михаилу. Он поднялся мне навстречу. Мы замерли в сантиметре друг от друга. Я поднесла ладонь к его щеке. Он закрыл глаза.

Идеальный момент для первого поцелуя.

Только наши губы никогда не соприкоснуться, пока я здесь, а он там.

— Обещаю… — выдохнула ему в лицо я. И исчезла.

Никогда и ничего не просите! И в особенности у тех,

кто сильнее вас. Сами предложат и сами всё дадут!

«Мастер и Маргарита» Булгаков

Есть ли смысл в любви, если только и делаешь, что страдаешь? Не обещает ли любовь безграничное счастье и вечное удовольствие? Или в её обещаниях только страдания и боль?

Всегда ли быть подвешенным над пропастью и ждать, кто же оборвёт эту и до того некрепкую верёвку? Всегда ли потом одному выкарабкиваться из этой пропасти и ждать, кто же подаст руку на краю… А если никто не подаст? Потом ополчишься на всех и никогда не подпустишь к себе ни одну живую душу.

Я и не подпустил к себе живую душу. Я впустил в себя мёртвую.

Так, увы, выходит во всех отношениях, пусть и не буквально: один губит другого, а тот прощает даже смерть, потому что любит. Умирают мечты, планы, вера, надежда… А любовь остаётся.

Есть два вида любви: одна идёт из тебя, а другая проходит через тебя. Я любил Маргариту через себя. Моя любовь к ней была отдельно от меня. Но как только я смотрел на Маргариту — ощущал эту любовь во всём. Как только Маргарита исчезала — моя любовь заполняла пространство во вне, а внутри меня становилось пусто. Любовь Маргариты ко мне шла из неё. И эта любовь не делала её пустой, а разрывала изнутри, переворачивала внутренний мир. Когда её внутренняя любовь попадала в мою внешнюю — происходило слияние. Теперь я ощущал это слияние ещё отчётливее, чем раньше. Теперь я обрёл понимание, а через понимание открыл для себя любовь. Маргарита открыла любовь в себе.

Когда в отношениях женщина любит из себя, а мужчина через себя — есть гармония. В других вариантах сложнее обрести баланс. Самый сложный случай, когда оба любят изнутри. Внутренний мир каждого сложный и непонятный. Иногда непонятный даже для самого носителя. Как можно понять другого, если порой себя не понимаешь? Как можно понять любовь другого, если порой сопротивляешься своей любви?

С каждым разом мне всё сложнее принимать тот факт, что я не могу прикоснуться к любимому лицу, к любимому телу. В моём распоряжении только любимая душа.

Я чувствовала его любовь в ответ на мою. Она была каждый раз между нами — вокруг нас. В то время как моя любовь выходила изнутри меня. Чем ближе был он, тем больше любви выходило из меня к нему. Как будто наши души связывала невидимая — ни человеческому, ни призрачному взгляду — нить. Эта нить была настолько прочна, что проходила сквозь миры.