Книга Все чудовища Севера, страница 87 – Ана Тхия

Однако теперь каждый новый «знак» казался ей подозрительным, будто густая тьма давно сплела вокруг неё свою паутину. И если она вспомнит её имя, то вряд ли обрадуется этому знанию.

— Хорошо, я буду, – послушно кивнула Улла, прикусывая щёку изнутри.

— И что же тебе удаётся увидеть теперь?

— Я… – Улла кинула быстрый взгляд на Бьёрна, пытаясь найти в нём поддержку. Хоть и провела всю ночь, повторяя в голове слова Торгни, но не успела придумать стратегию. Ещё совсем недавно Улла была уверена в том, что делает, но с тех пор, как Фенрир получил то, что хотел, а она добилась желаемой власти, всё пошло наперекосяк. – Скажи мне, Фенрир, вот что…

Фенрир сощурил свои жёлтые глаза.

— Знаю, что помогаешь нам справляться с великанами, и за то я, как и другие, благодарна волкам. Но что ждёт людей дальше?

— Выходит, будущее всё так же для тебя туманно? – волк фыркнул.

Но он был не прав. Будущее говорило с ней голосом Торгни и вовсе не витиеватыми намёками, как казалось прежде. Либо её слух стал столь острым, что слова бьют точно в цель.

— Отнюдь, – Улла уверенно помотала головой и даже встала, хоть и не возвысилась над гигантским волком. – Ответь мне: как ты собираешься положить конец Рагнарёку? Будешь ли сражаться с идущей к нам Хель с армией мертвецов? Как остановишь Сурта и как восстановишь прежний мир?

Бьёрн тихо присвистнул.

А Фенрир задумчиво смотрел прямо на Уллу. Волк ещё сильнее сощурил глаза и обнажил клыки, заставив сердце её сжаться, но она упрямо стояла напротив, не сдвинувшись с места. Не съест же он её. Слишком важна.

— Разве мало тебе того, что я делаю? – прорычал Фенрир. – Возвратил вам день и ночь, защищаю порог от ётунов будто верный домашний пёс. О Хель и Сурте я велел тебе не беспокоиться, сосредоточившись на вере людей, что должна будет обращена к их новым спасителям.

Бьёрн, будто слыша слова волка, напрягся всем телом. Краем глаза Улла видела, как напряглись мускулы под рубахой, а осанка стала прямее.

— А что будет, когда ты погибнешь?

— Потому-то Хейд и учит тебя преклонять колени перед новыми богами! – рявкнул волк. – Всё предсказано, Улла, пророчества не изменить даже богам. Кому суждено погибнуть – обязательно падут. А коли суждено миру сгореть в огне Сурта, то так и случится однажды.

Улла не хотела в это верить.

— И ты велел мне не беспокоиться о том?! – воскликнула она. – Как же спать, зная, что, спасаясь от великанов, мы всё равно падём в пламени? А то и раньше – от рук мертвецов.

— От многого зависит, придёт ли Хель как друг или как враг. И мог бы я стать врагом людей, однако же помогаю. Но коли предсказано, что убью я Одина, то так и случится. Как и моя собственная смерть.

— Вот оно что, – протянула Улла. – Раз преклоним колени перед Хель, отцом твоим Локи и огненным Суртом, то Мидгард не падёт?

Фенрир покачал головой.

— Однажды так и случится. Не удержать огня Сурта, что, как предсказано, выжжет всё в конце.

Дрожь пробежала по позвоночнику Уллы.

— Но покуда Рагнарёк будет длиться, люди будут жить, – голос Фенрира стал мягче.

— Жить в вечной борьбе с мертвецами да великанами? – догадалась Улла. – Бесконечно оттягивая предсказанный конец?

Дыхание Бьёрна стало частым и напряжённым. И без ответов Фенрира он безусловно догадывался о сути их разговора.