Книга Все люди севера, страница 101 – Ана Тхия

— Пора выдвигаться, – сказал Скалль, когда все собрались в прогретой зале.

Ракель занимала место по его правую руку, взирая на людей с незнакомого ей положения. Теперь она стала очень важной.

Под стать новому статусу она надела невероятной красоты платье. Его бледно-голубой цвет напоминал летнее небо. Все края, в том числе и вырез на груди, были вышиты золотой нитью, словно окутывая это небесное одеяние солнечным светом. Плотная ткань украшенного бусинами пояса обхватывала Ракель, очерчивая узкую талию. Длинные рыжие волосы тугими кудрями ниспадали с плеч и доставали до пояса.

Ракель видела, что Скалль любуется её внешним видом. Иногда он протягивал руку и ловил пальцами рыжий локон, чтобы долго крутить его, погружаясь в собственные мысли. От того, как конунг смотрел на неё, у Ракель появлялось незнакомое чувство внизу живота. Это были тяжесть и лёгкость одновременно.

Скалль, игравший с её локоном, наконец отпустил его и посмотрел на собравшихся людей. Он произнёс:

— Люди окрепли и готовы покинуть город.

— Куда мы двинемся? – спросил Фюн, вместе с братом занявший почётное место на собрании.

Присутствовали и другие достойные воины: даже Сигтрюгг Мореход, зла на которого Ракель странным образом почти не держала. Но и о прошедшем не забыла. Здесь была и суровая Анникен, держащаяся очень молчаливо, хотя Ракель знала, что эта женщина больше прочих рада наконец отправиться в достойный поход. Присутствовали также ярл Хундольф, Торгни, его брат Торлейв, воительницы Эмбла и Бейла.

— К сожалению… – начал задумчиво Скалль и помедлил. – Мы больше не зайдём ни в один из городов. К концу подходит третий год великой зимы, а это значит, что у нас осталось совсем мало времени.

— Что будет потом? – поинтересовался ярл Хундольф.

— Предсказание гласит, что вскоре вырвутся чудовища, – вздохнула Ракель. – Так говорят вёльвы. Инеистые великаны и другие твари спустятся в Мидгард с вершин гор.

— И мёртвые придут к нам по замёрзшему морю! – заголосил Торлейв, потрясая в воздухе своим большим кулаком.

Люди в ужасе взирали на своего единственного спасителя, но Скалль молчал. Он было открыл рот, чтобы что-то сказать, но потом окинул всех долгим взглядом и сощурился. Когда Скалль заговорил, его голос нетерпеливо дрожал.

— Слышали ли вы о воине-волке? Ярле Лейве из Скогли, – он так ужасно улыбнулся, что Ракель вздрогнула. Его рот разъехался, как трещина в земле, уголки губ дрогнули от напряжения, а нос из-за этого и вовсе стал похож на клюв хищной птицы.

Люди переглянулись. Ракель нахмурилась. Не надо было рассказывать ему об этом глупом слухе.

— Люди болтают всякое, – робко начала Анникен.

— Что всякое? – нетерпеливо и громко спросил Скалль.

— Болтают, что его сила сравнима с силой бессмертного конунга. И когда он сойдётся с ним в битве, то выйдет победителем, остановив захват северных земель, – смело и чётко произнес Фюн. Он вообще не разделял всеобщего замешательства. – Вроде как ему это предсказала вёльва из Скогли. Она же и собирается превратить его в берсерка.

— А что вы думаете? – Скалль уже несколько раз поменял положение рук, неприкрыто выражая волнение.

В воздухе повисло молчание, такое густое, что, казалось, его можно было потрогать руками. Ракель попыталась еле заметно сглотнуть, но вышло очень громко, да к тому же она чуть не подавилась. Она старалась в полной тишине и совсем незаметно сдержать рвущийся кашель. Молчание тянулось, пока она медленно краснела и сжимала кулаки.