Книга Все люди севера, страница 142 – Ана Тхия

— И он, словно бог, защищает их, закрывает собственной спиной, ведёт сквозь вечную зиму. А что сделала для людей ты? Где ты была? – Ракель совсем не нужно было повышать свой низкий со стальными нотами голос, чтобы внушать слушающим страх. – Неужели мы все здесь правда считаем, что побег из Ставангра принесёт нашим людям хоть какую-то пользу? Волки отбили нас от стада, как паршивых овец. Надо было позволить ей бежать одной, если ведьма так того хотела. Зачем было бросаться вслед за ней?

Мужчины молчали. Все здесь кроме Уллы не решались и слова сказать поперёк властного голоса воительницы. Скалль втянул носом воздух и понял, что все смотрят на него. Его прежняя власть и непоколебимость треснули по швам, и друзья это ощущали.

— Тор обратил свой взор на Уллу, когда она взывала к нему, – медленно произнёс конунг. – И тогда вернул нам море.

Но Ракель точно не собиралась сдаваться. Это Скалля и пугало.

— Или он обратил свой взор к тебе? К единственному избранному спасителю, который хоть что-то делает для людей?

Скалль испуганно распахнул глаза. Что, если она права? Ведь в ту ночь ему казалось, что Тор действительно смотрит на него. Но он так хотел верить Улле, потому что за три года страшной зимы ещё ни разу не встречал никого, кто подтвердил бы ему волю богов. Она нужна была ему больше, чем все люди севера. Но только при условии, что она не лжёт.

Скалль молчаливо смотрел на Ракель, обдумывая её слова.

— Она ведьма, Скалль.

— Назови меня ведьмой еще раз, и я…

— Довольно, – Скалль поднял вверх руку, призывая девушек к молчанию. Никто ему не перечил. В повисшей тишине вдруг завыли волки. Их протяжный вой запетлял среди скал и размножился на сотни завываний. – Норны уже давно определили наши судьбы. Думаю, если бы мы не увели волков, то наши люди не смогли бы вовремя покинуть Ставангр, – Скалль указал рукой в сторону моря. Там вдоль берега протянулась вереница из десятка уходящих прочь драккаров. К сожалению, несколько из них бесформенными обломками дрейфовали в гавани города рядом с остовами тех, что сгорели ранее. Скалль только надеялся, что на уничтоженных цепью кораблях не было людей. – Но назад нам путь отрезан. Нам не перебраться через руины города и ров, что оставила Глейпнир… – Скалль задумчиво сощурился и покрутил головой. – Обогнём скалу и выйдем к восточному берегу Ставангра, наверняка там есть где причалить. Уверен, Торлейв будет идти вдоль берега и искать нас, – Скалль взглянул на удаляющиеся в море корабли. – Уже скоро они войдут в пролив Скагеррак. И тогда назад дороги не будет, наши корабли уже станут заметны, – Скалль вздохнул и обернулся, оглядывая друзей. – Времени совсем нет. Без солнца холодать будет ещё быстрее, поэтому поторопимся. Постараемся найти кров, если не успеем добраться до берега через скалы. Эта, как ты? Идти сможешь?

Фюн и Эта переглянулись и кашлянули почти одновременно.

— Я ещё собираюсь посмотреть, как ты, северный зверь, станешь конунгом всех народов. Будь уверен, я доковыляю до этого дня, чтобы от души посмеяться, – ответил Эта.

— Обещаю, что тебе будет над чем смеяться, – Скалль выдавил из себя улыбку. – Торгни?

— Моя нога тоже донесёт меня до этого дня, – подмигнул друг, а потом посмотрел на Уллу таким взглядом, что та сразу и не поняла, чего в нём больше: осуждения или печали.