Книга Все люди севера, страница 17 – Ана Тхия

И Скалль сразу заметил, что на горизонте творится неладное.

— Ты вообще хоть что-нибудь понимаешь? – прошептал Торгни, старательно всматриваясь в море.

— Если бы я только мог разглядеть… – нахмурился Скалль.

Новая волна землетрясения заставила практически прижаться к земле.

— Прорицательница ничего не говорила тебе об этом? – слишком громко спросил Торгни, привлекая внимание людей, столпившихся поблизости.

— Ты веришь этой предательнице? – истерично выкрикнул кто-то из толпы.

Торгни и Скалль только переглянулись. А вот люди стали быстро передавать друг другу слова конунга. Вскоре все собрались в круг, обратив лица к Скаллю. Они ждали ответов – ведь их правитель мёртв, и теперь Скаллю придется нести ответственность за их жизни. Он ведь уверял, что знает, что творится с их миром. Пусть же расскажет.

— Я еще не решил, – Скалль нахмурился. Он подождал, пока схлынет очередная волна дрожи, а люди перестанут жаться к земле. – Нам нужен тот, кто истолкует знамения богов, – он повысил голос и вскинул голову.

Люди переглядывались и шептались.

— Это определенно знамения богов! – подтвердил кто-то из толпы.

— Да уж, и правда! – раздался громкий голос, не предвещающий ничего хорошего. – Но какое? Что, если боги гневаются на нас? – невысокий лысеющий воин хитро сощурился и ткнул в Скалля пальцем, но потом опасливо сделал шаг назад. – Что, если они хотят, чтобы мы отрезали твой язык? Тогда скверна из твоего рта больше не будет отравлять наши умы. Так говорил ярл Лейв. И пока мы следовали его приказам, земля не разъезжалась у нас под ногами. Может, теперь боги будут трясти землю, пока не скинут нас с ветвей Иггдрасиля в саму Хель? Возможно, Лейв все это время был прав!

— Зачем же тогда боги даровали мне бессмертие, если не для спасения всех людей севера? – Скалль смотрел на толпу вокруг себя, вздернув подбородок.

— Может, и не боги вовсе даровали его тебе, – хмыкнул мужчина.

— Вот именно! Гиллинг прав! Ты не подобен богам, северный щенок, – женщина, похожая скорее на одноглазого, подпаленного в жаровне пса, выступила вперед, расталкивая толпу плечами. – Ты и ведьма Веульвдоттир хотите отвернуть нас от богов. Вот они и разгневались!

Хульду еще ребенком мать уронила в очаг длинного дома. Может, потому что уснула. Уже многие годы Хульда носила на себе страшную отметину. У нее не было части волос на голове, но при этом в ней была какая-то болезненная жестокая привлекательность. Ее хотелось разглядывать, но если слишком долго задерживать взгляд на шрамах, становилось неловко. Хульда была одной из самых яростных воительниц, а шрам свой носила с достоинством, как украшение, и всякий раз выдумывала новые истории о том, как получила его.

— Со Скаллем мы все ближе к богам, чем когда-либо! – громко произнес Торгни, окинув людей суровым взглядом, а потом повернулся к конунгу. – Уходим скорее, Скалль. Мы не можем ждать решения до утра, пока их заблудшие умы наконец все осознают, – скривился он.

— Люди Урнеса тоже запутались, но мы помогли им, – напомнил Скалль своему другу и повернулся к людям вновь. – После Урнеса я должен был плыть на юг. И миновал бы Скогли. Но раз боги привели меня сюда и не остановили мою руку, значит, они ждали ярла Лейва среди своих воинов. Но я же, согласно их замыслу, не должен покидать Мидгард, чтобы спасти людей.