Книга Все люди севера, страница 49 – Ана Тхия

— Не просто довольный, – протянул Скалль, изучая девушку глазами будто сундук награбленного золота. Он поднял руку и поймал прядь её волос пальцами. – Я впервые за долгие месяцы по-настоящему счастлив. Ведь боги даровали мне благословение, – он хрипло и бархатисто мурлыкал, заражая Уллу своим восторгом. – Спасибо им, – он повернул голову немного в сторону, найдя глазами Тора, кивнул ему и вернул взор к Улле.

— Боги даровали это благословение мне, – Улла насмешливо повторила жест Скалля, кивнув Тору. – И однажды даруют и тебе, если будешь слушать, что я говорю.

Скалль рассмеялся, продолжая накручивать её локон на свой палец.

— О, вёльва, мое благословение всегда при мне. И было при мне до встречи с тобой, – Скалль подмигнул. Его взгляд переместился на её волосы, он поймал ещё одну прядь, потом потрогал тонкие косички на висках. – Мне кажется, что ты не знаешь, чего хочешь, Улла. И что можешь.

— О, я прекрасно знаю, чего я хочу! – девушка резко повернулась к конунгу. Её глаза сверкнули. – Я слишком долго ждала, притворяясь никем. А ведь боги приготовили мне великую судьбу! – Улла поджала губы. – Я знаю, что они гневаются на меня за бездействие. Но теперь я готова к новой жизни.

Мужчина еле заметно сглотнул.

— И ты думаешь, что наши судьбы будут неразрывно связаны и после того, как мир погибнет? – Скалль понизил голос до шёпота, растягивая слова, и хитро сощурился, изучая лицо Уллы.

— Разве не очевидно? Из всех людей Мидагрда боги выбрали тебя и меня! – воскликнула Улла. – Боги желают, чтобы мы были вместе, Скалль. Они были рады, что мы объединились. Я думала, что ты это понимаешь.

Она увидела, как Скалль несколько раз удивленно моргнул, пальцы его замерли у её лица. В голове конунга завертелись какие-то мысли, он нахмурился, но потом расплылся в улыбке.

Вёльва знала, что всегда притягивала людей. Такова её сила. Она манила своей исключительностью, близостью к богам. Даже те, кто презирал её, как Ненне, всё равно испытывали к прорицательнице непреодолимую тягу. И желание. Они всегда думали о ней.

Теперь думал и Торгни. И Скалль.

— Пусть нам и осталось жить совсем мало, но не стоит торопить судьбу, – конунг провёл пальцем по щеке девушки. Улла стиснула крепко зубы, злясь на это прикосновение. – Впереди у нас с тобой много всего, Улла. Кто знает, возможно, однажды мы станем друзьями. Или врагами, – голос его прозвучал тихо, но очень холодно.

Улла фыркнула.

— Многие остаются, – изменив русло разговора и кивнув в сторону берега, произнес Скалль.

Улла повернулась к городу. Пряди её волос выскользнули из пальцев конунга.

— Это их выбор, – пожала она плечами.

— Да, выбор есть всегда.

— Ярлы, которых ты убил, чтобы захватить людей, с тобой не согласились бы.

Скалль нахмурился, подбирая слова.

— Многие считают, что моя цель лишь господство над народами севера.

— А это, конечно, не так? – ухмыльнулась Улла и искоса посмотрела на Скалля.

Тот улыбнулся и покачал головой.

— Мы должны сражаться за самих себя. Не за богатство и земли, не за мое господство, а за выживание. Зачем Мидгарду люди, которые не хотят жить?

Девушка ощутила повисшую между ними ложь.

— Ты врёшь, – Улла вскинула одну бровь. – Ты уже никогда не захочешь опуститься ниже, вести обычную жизнь, – Её рука тронула кистевой обруч конунга, исчерченный рунами. – Да и будь ты скромником, не знающим собственной власти, носил бы ты на всеувидение гебо? – вёльва задержала пальцы на крестообразной руне. – То щедрость и милость, то честь и опора, то слава и помощь изгою. Тому, кто вознёс их ценою любою. Как много я не знаю о тебе?