Книга Все люди севера, страница 83 – Ана Тхия

— С завтрашнего утра и пока я жива, – бесстрашно пообещала Ракель.

Хотя на самом деле она была в ужасе.

Когда утром Ракель показалась на улицах со своими трофеями, никто не посмел её остановить.

Изящное платье было измазано кровью. Одежды Ракель всегда были достойны её положения. Пусть ни отец, ни братья, ни большинство людей Урнеса не замечали её статуса, но сама девушка не стеснялась гордо держать осанку. Сегодня она шла по улицам в платье из яркой синей ткани, теперь покрытой чёрными разводами. Ракель ткала её собственными руками. Выкраивала и сшивала платье тоже сама, поэтому оно идеально сидело по её фигуре – девушка была дотошной в мелочах. По вороту шла широкая вышивка, она соединялась на груди и тянулась до самого подола. На вышивке переплетались нитки, шнурки и маленькие бусинки. С плеч ниспадала тёмная шкура, хоть немного согревающая её в эту промозглую погоду. Солнце лишь едва показалось над горизонтом.

Пропитавшееся кровью платье прилипло к телу. Ветер пробирал до самых костей. Ноги при каждом новом шаге становились всё более каменными. Вот-вот Ракель могла пошатнуться и упасть. Но она была очень упряма.

В одной руке девушка держала меч, а в другой с трудом удерживала три огромные головы.

Люди задумчиво всматривались в них. Одна – на вид так точно их ярла Хрута – практически волочилась по земле, ведь Ракель удерживала ее за длинную косу так, что нижняя челюсть ярла постоянно билась о ледяные куски земли и набирала грязь из луж. У Реки и Рауда были короткие волосы, поэтому их головы висели выше. Их участь после смерти оказалась не так позорна.

Ракель подошла к воротам тогда, когда за ними послышался топот.

— Ярл Хрут! – Ракель вздрогнула от пронзительности этого голоса. – Люди Урнеса! Моё имя Скалль, и я пришёл из Халогаланда. За мной северное полчище. Если вы откроете ворота сейчас, то мы войдём в город без кровопролития и станем вашими друзьями.

Люди на стене смотрели на Ракель выжидающе. Если кого-то из них и подкупил Сигтрюгг, то они не подали вида. Самого предателя среди них Ракель не заметила.

Ни сейчас, ни через несколько мгновений, когда оцепенение людей прошло, никто не кинулся к ней, не остановил, не попытался убить. Братья Трюггвиссон сдержали данное ей слово. Дело за ней.

В этот момент по ту сторону ворот конунг Скалль заметил, что все воины, которых он видел на деревянных стенах, смотрят совсем не на него. Что-то происходило у самых ворот, но он не знал, что именно. И когда конунг уже занервничал, ворота открылись.

Из-за них вышла Ракель. Три головы в её руке выглядели смешно, она с трудом тащила их, упрямо перебирая ногами. Наконец девушка остановилась и как могла кинула под ноги Скалля трофеи.

— Ярл Хрут? И, надо полагать, его наследники? – усмехнулся Скалль и пнул ногой одну из голов. – Получается… Город мой?

— Нет, этот город мой, Скалль из Халогаланда, – громко произнесла Ракель. Скалль и не думал, что у неё такой низкий и властный голос. Она казалась скорее милой, хоть и, признаться честно, устрашающей в этом окровавленном одеянии. – У ярла Хрута было два сына и одна дочь, – прорычала Ракель, чтобы её слышали и люди Урнеса тоже. Пора заявить о себе. – Дочь, которой никогда не давали слово, но которой давно есть что сказать.