Книга История Кузькиной матери, страница 119 – Марьяна Брай

Где он? Что с ним? Каждое мгновение я прислушивалась, надеясь услышать скрип саней, но за окном лишь выла вьюга. И вот, когда сумерки уже начали сгущаться, заслоняя последние отблески света, я услышала его – долгожданный хруст снега под полозьями. Не помня себя, я сорвалась с места. Забыв накинуть даже шаль, я распахнула входную дверь и выбежала на крыльцо, вглядываясь в темноту.

Сердце колотилось в горле в предвкушении… и ухнуло вниз. К дому подъехала не простая повозка, а изящные городские сани, и из них, с помощью кучера, на землю ступила знакомая фигура. Елизавета Глебовна.

Я замерла от удивления. Что она здесь делает? В такую метель, так поздно. Собравшись с мыслями, я спустилась по ступеням ей навстречу.

— Елизавета Глебовна? Добрый вечер. Какими судьбами? – Алла Кузьминична, – она коротко кивнула, ее лицо под меховым капюшоном казалось бледным и строгим.

— Чего это вы раздетая? Скорее в дом, метель такая, что с ног сносит! – приказала королевским тоном моя новая подруга. – Прошу простить за поздний визит, но дело не терпит отлагательств.

Мы прошли в дом. В прихожей она наскоро поздоровалась с вышедшей на шум Екатериной Ивановной, окинула быстрым взглядом обстановку и, не дав мне опомниться, проследовала за мной в столовую. Ее взгляд был пронзительным и серьезным.

— Алла Кузьминична, – сказала она, как только мы остались одни. – Нам нужно поговорить.

Елизавета Глебовна не стала ходить вокруг да около. Она сняла перчатки, положила их на стол и в упор посмотрела на меня. Ее взгляд был твердым, как сталь. – Мой верный человек сегодня навестил Анну Вольскую, – начала она ровным, лишенным эмоций голосом. – И, скажем так, пообщался с ней таким образом, что она не смогла утаить правду. Она рассказала всё. О том, кто надоумил её, кто снабдил ядом, кто обещал ей новую жизнь и большое вознаграждение. Выяснилось, что за всем этим стоит…

Я не выдержала и перебила ее, потому что в этот момент в моей голове всё подтвердилось еще сильнее и сложилось в страшную картину. Слова жены Харитонова, звенящие в ушах, внезапно обрели плоть и кровь.

— Это Харитоновы! – мой голос прозвучал резче, чем я хотела. – Те, кто пытался отравить меня. Они нашли Анастасию, они надоумили её!

Елизавета Глебовна замерла с приоткрытым ртом. Изумление на её лице было неподдельным. Она удивленно посмотрела на меня, её выверенное самообладание дало трещину.

— Но… как вы узнали? – Мне сообщили это несколько часов назад, – я вскочила со стула, чувствуя, как ледяной страх сжимает сердце.

— Та угроза… его жены…когда их забирали из моего дома. Всё сошлось! Но у меня не было на чем поехать, чтобы предупредить Дмитрия Михайловича, который сейчас решает этот вопрос! Елизавета Глебовна, нам нужно срочно найти его! Прямо сейчас! Василий… он поехал за помощью, а эти люди, помощники… они поехали за ним! Он в страшной беде. Я быстро соберусь, и мы едем в дом Ланских. Если Настю забрали, то кто-то же должен что-то знать. Я хорошо знаю швею из их усадьбы.

Елизавета Глебовна посмотрела на меня, и в её глазах я увидела не просто удивление, а твердую, непоколебимую решимость.

— Да, Алла. Едем, – коротко ответила она. – Думаю, нам ничего не грозит. Тем более, если власти уже в курсе состояния Марии Петровны, это дает нам определенную защиту.