Книга Попаданка в 1812: Выжить и выстоять, страница 63 – Лилия Орланд

Накрыла тело француза его же камзолом, постаравшись захватить исподнее. Ни к чему, чтобы Мари это видела, да и Василиса тоже.

Она так и лежала навзничь, не двигаясь, не пытаясь прикрыться, даже не открывая глаз. Только судорожное дыхание и скатывающиеся по щекам слёзы говорили, что девушка жива.

Я опустила окровавленный подол платья, прикрывая её ноги.

— Всё закончилось, Вась, всё хорошо, – слова выходили неловкими и неуместными.

Это для насильника всё закончилось. А Василиса будет переживать этот кошмар снова и снова.

Услышав мой голос, девушка открыла глаза.

— Госпожа? – спросила удивлённо, но уже в следующее мгновение в её взгляде проявилось воспоминание.

Зрачки расшились от ужаса. Василиса замотала головой, безуспешно пытаясь прогнать монстра, что навсегда поселился в её памяти. Завыла, осознав бесплодность этой попытки.

— Тихо-тихо, моя хорошая, – я села на траву, устроила голову Васи у себя на коленях и гладила её по волосам.

Когда она выдохлась, продолжая лишь тихо всхлипывать, я поняла, что переживаю за Машу. Не нужно было кричать на неё, тогда бы она не убежала. И я чувствовала себя спокойнее, зная, что с ней всё в порядке.

Едва я пошевелилась, собираясь встать, как захныкала Вася.

— Всё хорошо, я не уйду. Хочу проверить, есть ли вода в бане. Надо смыть с тебя это всё.

Василиса закивала. Ей тоже этого хотелось.

— Ты знаешь, где ключ? – спросила я, наткнувшись взглядом на замок.

— Доска под окошком поднимается, – ответила Вася. – Я сейчас достану, барышня.

— Сиди, я сама.

От желания разбитой, едва осознающей себя девушки услужить мне стало ещё горше.

Я достала ключ. Замок легко открылся. На меня пахнуло чем-то травяным, душистым, что бывает только в бане.

Она делилась на две части – помывочную и комнату для отдыха, где стояла софа, стол с двумя стульями, широкая лавка и большой шкаф. Я открыла створки и улыбнулась. Полки были заполнены чистым бельём и свежими полотенцами. У печи, выходящей топкой в сени, лежал ящик с дровами. А заглянув в помывочную, я обнаружила, что пристроенный к печи бак полон воды, как и деревянная бочка у окна.

— Сегодня у нас будет баня, – сообщила вслух.

Я устала бояться и убегать. Мне нужен перерыв.

Я открыла печь и улыбнулась снова – дрова уже были сложены, под ними в трубочки свернулась сухая берёзовая кора. Оставалось лишь чиркнуть спичкой.

И тут начались сложности. Потому что вместо коробка со спичками или хотя бы зажигалки в ящике лежал пучок соломы и огниво.

Ну что ж, испытания нас закаляют. А мне нужно отвлечься.

Я не ожидала, но процесс высечения искр действительно меня увлёк. Это оказалось сложно и просто одновременно. Нужно было высечь искры таким образом, чтобы они попали на сухую солому и зажгли её.

Искры у меня получались. Они даже летели на солому, падали и гасли, не давая огня. Я уже несколько раз вставала с колен и снова садилась, вспотела от усилий, однако зажечь пламя у меня не выходило.

— Давай помогу, – Маруся присела рядом и забрала огниво из моих рук.

— Ты же сказала, что не умеешь. Там, у погреба, – я не смогла не припомнить это ей, хотя была ужасно рада, что Маша пришла. Что с ней ничего не случилось, и она сама сделала первый шаг навстречу.

— Нет, я сказала, что детям нельзя играть с огнём, так говорила мадмуазель Лебо. Она не знала, что я умею зажигать свечу. Няня научила, чтобы я не боялась, когда темно.