Книга Огонь и Лед, страница 85 – Анна Синнер

Она забылась. Потерялась в пространстве и времени. Не сразу поняла: что-то не так. Муж оцепенел и прекратил терзать ее тело, раз за разом доводя ее до исступления. Бьянка испугалась. Подумала, что в пылу страсти упустила контроль над силой и сделала ему больно:

— Иллай? Я тебя поранила?

Бэан’на повернула голову к нему и встретилась с Иллаем взглядом. Шерган выглядел… Потерянным?

— Он тянется к тебе. Сам.

— Кто?

— Мой огонь, Даэр’аэ.

Огонь? Возбуждение как ветром сдуло. Растаяли ее путы.

— Уверен?

— Сама посмотри.

Муж вернул ладонь ей на живот. В тех местах, где их тела соприкасались, сливались и стихии. Магия Иллая искрилась и текла к ней потоком, соединяясь с ее льдом.

— Рискну предположить, что тебя, наконец, избрали владычицей света, – в голосе Шергана она отчетливо расслышала улыбку, приправленную щедрой порцией волнения и гордости. – И кажется, что в покровители тебе достался неопалимый бог Анэй. Теперь ты и сама… Неопалимая.

Кто угодно, только не Анэй! Почему именно он? Не Хинтара, золотая богиня созидания, не лесной бог Таэнор, не Ин’арэн, повелитель морей и океанов. Хотя она бы согласилась даже на Итаэ’ль, пусть, по слухам, та и была на редкость стервозной дамочкой! Всяко лучше, чем этот бес со скверной репутацией!

— Этот павлин? Мне? Да за какие такие грехи? – воскликнула Бьянка, но ответа не последовало.

Иллай просто замер, словно время для него остановилось, зато сверху прогремели:

— Павлин? Вот как?

Бэан’на подняла глаза и от неожиданности чуть не приморозила божество. Анэй стоял в двух шагах от ее платья, недовольно поджав губы. И до чего ж он был красив! Высоченный, широкоплечий, облаченный в золотые доспехи. Рыжеволосый. Острые скулы, прямой нос, ореховые лучистые глаза… И самая надменная физиономия, которую ей только довелось повидать в своей жизни! За спиной неопалимого бога полыхали внушительные крылья, сотканные из миллионов огоньков, на голове горел венец. С характеристикой она не ошиблась. Павлин и есть.

— Ничего Вас не смущает? – прошипела Бьянка нахальному божеству, судорожно пытаясь прикрыть наготу жилетом Иллая, который, на ее удачу, не успел уйти под воду. – Я вообще-то не одета!

— Да что ты говоришь. А то я не заметил. Расслабься, твои прелести меня интересуют меньше всего, как и твой скверный ничтожный мирок. Но так уж вышло, что ты родилась под моей звездой. Поэтому давай без прелюдий. Завтра в полночь явишься в храм. Тебя коронуют. Получишь венец и копье. С меня дар и расходимся. Не надейся, что я буду твоей нянькой. Мое покровительство – формальность чистой воды.

У всех владык имелись покровители. Об этом в старинных манускриптах, конечно же, писали, но о дарах там не было ни слова.

— Дар?

Анэй взглянул на нее так, будто Бэан’на ему казалась круглой дурой:

— Дар. Желание. Могу сжечь всех твоих врагов. Или этот мир. Как вариант. Девочка, ты тратишь мое время!

Ее скверный ничтожный мирок… Как же он ее взбесил. Явился. Разрушил эту волшебную ночь. И с чего-то взял, что может ей условия диктовать, подобно отцу! Бьянка поправила жилет и уточнила:

— Как меня зовут?

— Что?

— Мое имя.

— Человечка, ты меня нервируешь. Не знаю я! И знать не хочу! – красивое лицо божества исказила гримаса глубочайшего презрения. – Желание. Говори!