Книга Вы не туда попали, Ваше Высочество, страница 42 – Марианна Красовская

— Или тихонько разойтись по домам, сделав вид, что вас тут не было. А в департамент я сообщу сам.

Нетрудно догадаться, какой вариант выбрали господа игроки. Очень быстро они исчезли, прямо волшебство какое-то! И только граф Лорье остался сиротливо сидеть за столом, вздыхая.

— Я буду еще играть, мне везет!

— Очень везет, — согласился с ним Этьен. — Еще час — и вы бы остались без штанов. Жук никого не жалеет, уж поверьте. А теперь вы в выигрыше, и немалом. Обыграть жулика — это надо суметь.

— Именно! — оживился отец. — И пока волна идет…

— Вы навсегда завяжете с игрой.

— Нет!

— Ди, выйдите на минутку, пожалуйста. Я помогу вашему отцу собраться.

Я молча развернулась и вышла. Часы дедушкины были при мне, что до остального — уже не так важно. Надеюсь, Роймуш пару раз даст отцу в нос, если честно. Это доставит мне небывалое моральное удовольствие! Я была зла на него бесконечно.

Мужчины вышли спустя четверть часа, и отец был совершенно цел и невероятно задумчив.

— Поехали домой, дочка, — спокойно сказал он, и я едва не завизжала от радости.

— Может, сначала к печатнику? Они и ночью принимают!

— Вашему отцу это больше не понадобится, — сообщил иррийец. — Он все понял и осознал.

— Вы ведь менталист? Это не вредно?

— Ничуть не вреднее карточных игр. Я провожу вас до дома, леди Лорье, граф.

— Вы какой-то неправильный секретарь, Этьен, — надула губы я.

Он грустно усмехнулся:

— Ну что вы… просто менталист. И прошу, никому не рассказывайте. У меня нет лицензии здесь, в Валлии. А повторить путь Грюнвеля и Мортиша мне совсем не с руки. Я все же служу его высочеству принцу Ливойскому.

Я кивнула, вдруг пошатнувшись. Силы совершенно оставили меня, а облегчение было почти болезненным. Хотелось упасть на диван, свернуться клубочком и уснуть. Безумный, безумный день! А завтра утром мне нужно быть у принцессы, ведь ей так сложно сейчас! Никак нельзя оставлять ее одну!

— Да вы спите на ходу, — недовольно заметил Этьен. — Сейчас я найду экипаж, их тут много.

Действительно, открытая коляска со сложенным кожаным куполом нашлась очень быстро. Секретарь помог мне сесть, и я, закрыв глаза и опустив голову на родное и теплое плечо скорбно молчавшего отца, с облегчением прикрыла глаза.

А открыла уже утром и у себя в постели.

В смысле, домашней постели.

Рядом сидела леди-матушка-графиня и кровожадно улыбалась. Я невольно вжалась в подушки.

— Ее величество просила тебе передать, что у фрейлин есть выходные, — пропела леди Анна. — А это значит, моя дорогая и очень занятая дочь, нам срочно нужно заняться устройством твоей судьбы. Сегодня у нас модистка, и даже не спорь, отец твой дал денег на новые платья, а позже — танцевальный вечер у Доллы Ратье.

О нет! Я лучше скончаюсь прямо тут, в постели! Или сбегу обратно во дворец. Честное слово, уж лучше «не туда попавшая» принцесса, чем модистка и танцы!

У фрейлин три выходных в неделю. Как правило, мы ими пользуемся не всегда, потому что у многих семьи живут в других городах или загородных поместьях — не наездишься. Да и в целом жизнь во дворце, если исключить раздражающий фактор в виде принцессы, очень приятна. Комната у меня прекрасная, хотя излишне близко к покоям ее величества. Я раньше просила в другом крыле или, в крайнем случае, на другом этаже, но мне не разрешили. Сказали, в доступности к принцессе нужно быть. В любое время. Когда-то меня принцесса не слишком любила, ну, во всяком случае, особые тайны мне не доверяла, и по ночам я всегда спала спокойно. Здесь же мне шился определённый гардероб (у всех фрейлин были одинаковые наряды), здесь были массажистки, цирюльник и просто отменный повар. Если бы я ещё с кем-то подружилась, вообще рай был бы. Но увы — каждый сам за себя, человек человеку оборотень. В плане, зазеваешься — сожрут. И я вам таки скажу, что нежная девичья дружба во дворце просто немыслима. Любое неосторожное слово может быть использовано против тебя, любую фразу переврут. Казалось бы, в подобном обществе в первую очередь нужно научиться молчать, но это не про меня. Я слишком много болтаю. Как я до сих пор отсюда не вылетела — не понимаю. Наверное, это потому, что его величество вполне справедливо считал меня самой умной из всех компаньонок его дочери. Что, впрочем, не помешало ему выставить это безобразное условие про три месяца.