Книга Ведьма, страница 57 – Василиса Мельницкая

— Мне стыдно, — признался он. — Яра, ты — единственная, с кем я могу быть настолько откровенным. И мне так стыдно, что я не могу тебя защитить…

— Это и есть защита. Я не приняла бы другой.

Один брат в больнице, другой — под следствием, а я целуюсь с парнем в парке, на скамейке. Жадно. Неистово. Как в последний раз.

Ничего удивительного, что мы услышали пьяных парней, только когда они подошли к нам вплотную.

— О, гля какая фря!

— А чё это вы тут делаете?

— Закурить не найдется?

Сава с сожалением прервал поцелуй и поднялся, расправляя плечи. А я подумала, что компания появилась вовремя. Саве жизненно необходимо набить кому-нибудь морду. И хорошо, что есть кому, и за дело.

Трое. Нет, пятеро. Двое отстали, но теперь догнали приятелей. Если судить по виду, гонору и развязному поведению — местная гопота. Из тех, что обирают припозднившихся туристов.

— Ты чего, дядя? — засмеялся один из парней. — Лопатник гони, и соситесь дальше.

— Во-во, — поддакнул ему другой. — А то девку твою…

Договорить он не успел, Сава точным и быстрым ударом отправил его в нокаут. Причем так удачно, что падающий зацепил товарища, и они оба завалились в кусты.

— Чё за беспредел, дядя⁈ — возопил тот, кто требовал бумажник.

Щелкнуло лезвие складного ножа. Сава ушел от удара, схватил нападавшего за запястье, вывернул кисть, заставляя разжать пальцы. Одновременно ногой врезал тому, кто пытался подобраться сбоку. Тут из кустов выполз тот, кого забросило туда по инерции.

Происходило все очень быстро. Я достаточно поднаторела в технике ведения боя, чтобы замечать детали. Сильно чесались кулаки, я с удовольствием помогла бы Саве, но решила, что ему будет приятно самому раскидать гопников. И он прекрасно с этим справился.

Собственно, закончить бой, не начиная его, Сава мог легко. В его арсенале хватало боевых магических приемов, а гопота полагалась исключительно на физическую силу. Можно было поступить еще проще: напугать иллюзией или спроецировать панический страх. Но Саве хотелось размяться, и я его понимала.

Один из гопников подкрался ко мне, уверенный, что делает это незаметно. Не знаю, на что он надеялся. Я подпустила его ближе, сгребла и приложила об скамью.

— А-а-а! — взвыл парень.

Его товарищи уползали с поля боя, волоча на себе бесчувственное тело того, кто улетел в кусты первым.

— Милый, подскажи, — обратилась я к Саве, — не могу решить, чем его наградить. Энурезом или диареей?

— И тем, и другим, — посоветовал Сава.

— Н-не надо! — клацнул зубами парень. — Я больше не буду!

И не потребовалось объяснять, что такое диарея.

— Барышня, я не знал, что вы ведьма. Честное слово!

— А не ведьму, значит, обижать можно⁈ — рассердилась я и тряхнула его, вновь приложив к скамье.

— Нет! Не надо! Я больше не… А-а-а…

— Да отпусти ты его, — вздохнул Сава. — У него и без твоего проклятия… энурез с диареей накроют.

Но пинка под зад ему на прощание отвесил.

— И это случайность? — спросила я, когда мы вновь остались одни.

— Чтобы нас напугать, нужны противники посильнее подвыпивших оболтусов, — сказал Сава. — Надо местным передать, чтобы патрулирование парка усилили. Вроде ж идет в городе чистка?

— Видимо, до этих еще не добрались, — ответила я. — Скажу. Ты как? Цел?

— Обижаешь.

— Забочусь, — возразила я, отряхивая несуществующие соринки с его рубашки. — Как порядочная девушка.