Книга Хроники Мэррилэнда, страница 24 – Марианна Красовская

Астория заколебалась. Провести время с Дэймоном ей хотелось. И зверинец поглядеть хотелось. Но глаза закрывались и зевать хотелось еще больше.

— А он большой?

— Нет. Несколько редких зверей. Это недолго.

— Хорошо, я согласна.

Князь неторопливо закончил ужин, а потом подал руку своей пленнице. Она поднялась, едва не потеряв одну из туфель, и проследовала за ним по длинным коридорам — в сад, что был в дальней части крепости.

— Сколько же у вас тут народу? — начала светскую беседу девушка. — Кажется, не так уж и много.

— То есть ты шпионка.

— Нет, считать умею. И прикидываю, сколько продуктов нужно на подобную ораву. А еще Ренгар сказал, что здесь казармы и целая армия.

— Это не твое и не его дело, но да, казармы есть. У них свои повара и кухня своя. В замке только моя свита, чуть больше пятидесяти человек.

— Ясно. А зверинец тебе зачем?

— А ты болтливая, да?

Астория замолчала. Какой невежа. Ну и плевать на него. Не больно-то и хотелось.

И клетки с тигром, медведем и лисами она оглядела совершенно равнодушно. Подумаешь. Чего она там не видела?

— Тебе совсем не нравится? Или ты уже видела тигра?

— И тигра, и жирафа, и слона, — пробурчала Астория и осеклась. В Мэррилэнде она видеть экзотических зверей никак не могла, а рассказывать о том, что тринадцать лет провела в другом мире — это прямой путь в психиатрическую лечебницу. Или в запертую комнату без окон, зато с мягкими стенами.

— Где же ты могла видеть этих зверей?

— В книжке с картинками.

— Понятно.

Они в молчании вернулись в замок и поднялись в спальню. И там легли спать в одну постель.

Астория совершенно этого не понимала: зачем? Впрочем, постель была большой. На разных ее сторонах они и не соприкасались вовсе.

А наутро в замок прибыла ещё одна женщина — портниха с образцами тканей. Она со всех сторон измерила ошалевшую от неожиданности Асторию и обещала прислать пару платьев для миледи уже к вечеру. Не из тех тканей, что она показывала, пока переделает готовое. Потому что негоже красивой гостье князя ходить в нелепых обносках. Глаза у портнихи блестели так ярко, что Астория поняла: к вечеру о новой любовнице Дэймона будет знать вся Барса.

Что ж, тем хуже для него.

Платья и вправду привезли. А ещё весь день воины наводили порядок: сметали паутину и мыли полы. Астория догадывалась, что это для неё, и ей это ужасно нравилось. Но князь не обращал на неё ни малейшего внимания. Он едва замечал ее за обедом и ужином (завтрак она всегда просыпала), а перед сном едва удостаивал ее пары слов.

Неужели не нравится? Очень обидно.

Зато все остальные в замке пытались ей услужить — а ещё улыбались и просили совета по любому вопросу: что готовить на ужин, какой ковёр постелить в малом кабинете, подходит ли цвет портьер к интерьеру, кого лучше пригласить к ужину, музыкантов или мага иллюзий. При воспоминании о маге Ренгаре Астория содрогнулась. Уж лучше музыканты.

Так прошла неделя, затем другая. В один прекрасный день она набралась смелости и заговорила с князем сама, в спальне.

— Для чего вы меня здесь держите? Зачем я нужна вам?

— Ты забавная.

— И это все?

— Ну… в общем, да.

— Тогда я бы хотела уехать.

— Нет. Ты принадлежишь мне. Тебя мне подарили.

— Человек не может кому-то принадлежать.

— Князю принадлежит все, что есть в Барсе. Все женщины, всё золото, жизни всех подданных.