Книга Адреналин для Рины, страница 66 – Кейт Андерсенн

Отдаленный шум мотора уже был слышен и им обоим. Бродяга скользнул в салон сквозь открытое окошко.

Со стороны города приближались фары и мигалки.

— Полиция? — удивилась Рина.

— Я не могу… телепортироваться ночью, — вдруг выдавил Зеленый, заводя мотор.

— Что?! Ты же Звездный Капитан!

— Ну и что, это не связано!

— Но, в конце концов, ехать-то мы можем? — воскликнул Бродяга.

Со стороны, противоположной мигалке, послышались выстрелы, и обнаружились вторые фары.

— Иклиль, — процедил сквозь зубы Зеленый.

— И не сиделось тебе на месте спокойно, — пристегнулась Рина. — Вывел из себя матерого преступника.

— Мы работали вместе, — бросил Зеленый, буксуя по песку.

— Вперед же, вперед! — крикнул Бродяга, и шерсть у него на загривке поднялась.

— Открыл Америку, — сложила Рина руки на груди.

Внедорожник рванул вперед с визгом и грохотом. Бродяга отлетел на заднее сиденье.

— Сорри, Бро, — бросил Зеленый Хажира.

— Сорри, не сорри, — проворчал кошак, — а в гонки играть не получится — горючего не хватит.

— Спрячемся в пирамидах, — бросил Перри. — Никто ведь не против?

— В… пирамидах? — Рине сразу представились мумии с горящими глазами, бродящие с выставленными вперед руками в поисках святотатцев. — Но… разве это хорошая идея?..

— Я знаю их как свои пять пальцев, — Хажира изящно взмахнул пятерней, упрямо руля к горбам, все увеличивавшимся в размерах.

— Иклиль, думаю, тоже… — обернулась Рина на две пары фар, не отстававшие от внедорожника. — Насчет полиции не уверена, а…

— За рулем я долго не протяну, и Бро прав, — тряхнул Перри головой, пытаясь промигать больной глаз.

— Будто в пирамиде долго протянешь, — тоном учительницы пробухтела Рина. — Свалишься, а мне оставишь решать проблемы, как днем.

— Перестань, Рина! Я тебя научу, что делать.

Перри был неумолим. У Рины все внутри перевернулось.

— Перри, ну, пожалуйста… я же пирамиды… только в Симсах и видела!

— Ага, — довольно и жутко заулыбался Зеленый, — и после этого — кто из нас детский сад?

— Я… не говорила такого. Или говорила?

— Я тоже не помню, говорила или нет. Да брось, Рина, у тебя все, что думаешь, на лице написано!

— Ой ли, все!

Бродяга, прижав уши, встал на задние лапы и мониторил ситуацию вместо зеркала дальнего вида. Как эти двое могут препираться еще о чем-то, когда такие дела творятся. Кот хлестко замахал хвостом, удерживая равновесие в шатающемся от скорости внедорожнике.

— Ладно, открывай карты, — согласился вдруг Зеленый.

— Что значит — открывай карты? — не поняла Рина.

— Твоя взяла, по зрелом размышлении признаю, идея с прятками в пирамидах сейчас не лучший вариант, — закивал контрабандист. — Попробую нас перенести.

— Ты же говорил, не умеешь ночью.

— Не «не умею», а «не могу», а это разные вещи: кто, как не учительница, должен это знать?

— Да ты… — у Рины кулаки зачесались. — Не удивлюсь, если тебя весь мир побьет, ты же сам в своих проблемах виноват! Втирал мне про совершенство мира, а сам против него выступаешь!

А между тем, на лице контрабандиста выступал и пот, и кровь, и какая-то желтоватая жидкость — то ли гной, то ли сукровица — и девушка сделала вид, что залюбовалась звездами. Можно только представить, как он себя чувствует, а ведь не только не ноет, а еще храбрится.

— Не хотел тебя впутывать… — голос Зеленого стал слабеть. — И это довольно рискованно.