Книга Последний из медоваров, страница 147 – Кейт Андерсенн

— Старший медовар, и правда, у лорда Хаксли. Об этом все знают. Просто все думают, что полковник и лорд союзники, а они не союзники... Медовар отказывался рассказывать секрет, и Барнз хотел его силой принудить, а лорд ему запретил. И выгнал. И все письма теперь возвращает...

Снежинка упала мне на косу.

— Дикен такой же рыжий, как и я...

Поэтому я и сняла там косынку. И теперь коса выглядывала наружу, но все равно темно ведь.

— А лорд Хаксли - он хороший. Странный немножко, но... Я думаю, самое лучшее, так это если бы все же Джен вернулась и ему спела.

Дядя Тэм тяжело вздохнул.

— Она...не вернулась? - спросила я, и сердце замерло.

— Вернулась... Но не споет.

Вернулась! Я прокружилась вокруг себя, ловя снежинку ладонью. Как... Не споет?!

— Но почему?!.

— Повредила... голос.

— Тогда нам надо что-нибудь купить, чтобы ее порадовать!

— Купить?

— Дядя Тэм, ну, не жадничай! У тебя есть золотые монеты. Сладости, например. Или цветы.

— Все лавки закрыты уже...

— Тогда завтра утром! - подняла я палец. - Обещай! И не хмурься... Ведь это лучше, чем если бы она вовсе не вернулась... Теперь нам надо ей улыбаться.

Я знала, что Джен вернется, ведь она - наша Джен.

***
Джен

Мисс Бейнс оказалась золотым человеком. После ванной я чувствовала себя не в пример лучше. Правда, я ее выгнала - все же, я не леди, ванну принять и сама могу. С лавандой и солью... Кажется, все кости сплавились в свежесбитое масло, и в меня возвращалась жизнь.

Я прикрыла глаза, глубоко вдыхая запах польных трав... Но первый же вздох мне напомнил - теперь все иначе. Сделалось больно в груди до слез. А подступивший кашель скрутил живот. Я согнулась пополам, жмурясь.

Дверь хлопнула, но сейчас мне не было важно. Распрямила меня мисс Бейнс.

Заглянула мне в глаза заботливо.

— Я больше не смогу петь, - прошептала я, и слезы безудержно лились из глаз.

Мисс Бейнс покачала головой.

— Будешь, милочка, будешь, я тебе обещаю.

И помогла мне вылезти, заворачивая в полотенце. Обняла, как маленького ребенка.

— Я наварю отваров и настоек, и все будет хорошо. Я тебе приготовила чистую одежду, вот.

И тетушка утопала на кухню восвояси.

На табурете лежала рубашка - накрахмаленная в жесть - и штаны. Я даже улыбнулась. У тетушки Энн было уютно, как дома.

Свежая одежда - как же это замечательно.

Но маленькая комнатка над пивоварней... Я поднесла руки к горлу и закрыла глаза. Страх был всепоглощающим. Из него не было выхода. Это смерть.

Я опустилась на табурет и тряслась, тряслась, тряслась... Хотя в доме было тепло, хотя я только что грелась в лавандовой ванне. Но где-то там, в темнеющем за окнами Карлейле была Табачная улица, и того было достаточно...

Хлопнула дверь, спокойствие взорвал веселый лай. Я вздрогнула, возвращаясь к бытию. Адар.

— Опять ты здесь, олух царя небесного! - воскликнула тетушка Энн с возмущением. - Держи поварешку, милок, и помешивай как следует. Здравствуй, Рони, здравствуй.

И вошла ко мне. Я смотрела и на нее, и как бы сквозь.

— Будет тебе, голубушка, - обняла женщина меня за плечи. - Идем, руки надо мазью обработать да забинтовать как следует, а то шрамы останутся.

Я позволила ей себя забрать.

На кухне весело потрескивал очаг. Недавно у него... Тэм поцеловал меня и сказал, что не знает, любит ли. Словно это не со мной было. Адар тут же подскочил ко мне, и начал тыкаться в руки - чтоб только получить свою порцию ласки. Я почесала ему нос.