Книга Последний из медоваров, страница 68 – Кейт Андерсенн

— Слишком много будет на первый раз, - покачал я головой. - Хватит наших имен.

Папа тоже меня не сразу всему научил. Говорил, что сказать можно много, но "я не все могу вместить". Я сердился... Но иначе бы не запомнил. Не научился. Сейчас же с закрытыми глазами определю готовность солода.

Я стер с земли оба имени. Написал "Террус".

— Прочтите, - потребовал я.

Тэм нахмурил лоб и почесал подбородок. Но потом возрадовался, заметив, что "р" повторяется дважды.

— Террус, - победно ткнул он пальцем.

— Это было просто, - снисходительно оценил я. - А теперь... я спутаю буквы. А вы напишете имя полностью.

Так мы провозились до сумерек, пока еще что-то можно было видеть. Рони на своем пригорке так привычно дудела мелодию, смутно мне знакомую, а Адар привалился к ее боку и, похоже, был вполне доволен жизнью. Лютня Джона лежала рядом, где он ее и оставил.

— Кошачье время пришло, - вынырнув из мира грамоты, Тэм только сейчас с удивлением заметил упавший на нас вечер.

Выпрямил спину и всмотрелся в долину. Туман слегка рассеялся и было видно, как в синей мгле слабо светятся цепочками слабые огоньки вдали, и блестит вода.

Таинственный город батиста и табака, зеленая лощина, Гринхолоу, как представил нам ее Джон.

Он обещал нам сегодня хороший ужин.

* * *

Примечание автора.

Пока есть настроение на исторические справки... кое-что расскажу.
Представляя, как Тэм смотрит на слабо светящийся вечерний город, я подумала: это нам привычно, что город ночью светится, а как было, скажем, в 18 веке, которого мы касаемся? И нашла интересности.

Оказывается, первая система уличного регулярного освещения была придумана в Амстердаме, начала она действовать с 1669 года и просуществовала 171 год. Освещали город масляными лампами, чтобы прохожие не падали по ночам в каналы - перила были далеко не везде (и так до наших дней, насколько я помню свое путешествие пару лет назад). В общем, опасно было по ночам болтаться в Амстердаме в 17 веке:) Идею быстро расхватали по соседним странам и дальше. При Петре Великом дошло и до России, в 1723 году и в Петербурге - на Невском - установили масляные фонари.
Но - подумайте только, кто эту идею подал. К тому же, не только подал, а и в жизнь претворил, и "управляющим уличного освещения" сделался. Кто? Наш брат, творческий человек, художник Ян ван дер Хейден. Мне приглянулись его пейзажи (кстати, рисовал он просто для души, а по жизни занимался технологиями пожаротушения).

До следующих встреч:)

***
Джон

Через трущобные окраины мы продвигались молча. Только настало время объясниться, как бы я ни хотела потянуть время.

И вот, миновав бедняцкий квартал, где и ступить было страшно, где Френ белела и зеленела, и жалась ко мне в поисках защиты от сального взгляда какого-нибудь пьяницы или угрожающего лая голодного пса... Я бы тоже жалась, но оставалось мне лишь шагать уверенно, держа ее за руку, как и полагается юноше, провожающему девицу.

...мы наконец добрались до рабочего района.

— Френ, - остановилась я и, все еще держа девушку за ладонь, накрыла ее второй рукой. Перебор, да? За спиной мадемуазели щерились окна мыловаренного завода.

Она встрепенулась и начала пускать на меня светлые взгляды из-под ресниц.

— Ты замечательная девушка, я... уверен, - сообщила я. Конечно, легче было бы просто признаться, что я женщина, но... если всем разбалтывать тайну, то это уже не тайна. - Я с удовольствием буду твоим другом. Но ничего другого не получится. Понимаешь?