Книга Аврора. Заря сгорает дотла, страница 102 – Кейт Андерсенн

— Я назвала его Какадук, — сочла Ро необходимым сообщить.

Какадук тут же прилетел на порог, сложил крылья за спиной и наклонил голову вбок. Мол — звали? Ро засмеялась, а Фаррел рассердился:

— Так было сложно отправить весточку? Я же просил!

Ро оторопела.

— И ты... — обвела его взглядом.

Нога в гипсе по колено. Лицо бледное. Одеяние черное, как всегда. И рубашка белая, в тон лицу и гипсу. Сдвинула брови — да что из него за сумасшедший, а?.. Хотела спросить «поэтому приперся?», или даже более вежливое «пришел», но вырвалось:

— ...поэтому режим постельный нарушаешь?! Угробить себя хочешь?! И меня заодно. Я от вас скоро тик заработаю в придачу к прочим бедам! Как ни просыпаюсь, так кто-то тут отношеньки и дела мировые выяснять лезет! Чего тебе нужно, ваша светлость?

Настала очередь Фаррела Вайд растеряться. В попытке сделать шаг назад он, конечно, оступился о свой гипс и повис на костыле, болезненно охнув. Это и привело Ро в чувство. Она тут же подскочила и подставила плечо.

— Ох, прости... Ты, вообще-то, очень добр, а я... Слишком добр, между прочим! — сузила она глаза, уловив, что дознаватель разулыбался.

Ё-моё, он что, правда влюбился? Но ведь он вот, только этой ночью говорил королеве, что это невозможно, что она — просто юбка, фигура... в его личных шахматах. Лицо Авроры потемнело.

— Так это была ты вчера ночью? — застал Фаррел ее вопросом врасплох.

Ро хотела отступить и бросить его одного, но дознаватель своим плечом ее зажал в объятии и не пустил.

— Не понимаю, о чем ты говоришь, — буркнула Аврора, отворачиваясь.

— Я так и знал.

Дознаватель на то и дознаватель. Что ему тут скажешь. Ро тут же заявила:

— Я в ваши политические игрушки играть не буду.

— Так я и не прошу, даже наоборот. Хвалю и радуюсь. Но вот что прошу — что это за жизнь впроголодь, а? Я же тебе от сейфа ключ оставил. Там что, пусто?

«Значит, часть внутренних голосов была права».

— Как раз об этом я и хотела поговорить, — наконец Ро удалось вынырнуть из-под Вайдовского плеча и встать напротив, чтобы твердо посмотреть дознавателю в глаза. — Мы не в таких отношениях... в общем, мне все равно, в каких мы там отношениях, потому что сейчас ты, наверное, скажешь «ведь для всех ты моя фаворитка» или «так ты работаешь на империю», но!

Ро подняла палец, игнорируя, что Фаррел улыбается так, будто она тут ему детский лепет лепечет.

— Но это все — слишком! Я не могу брать от тебя деньги, платья, туфли, цветы... ну, цветы, теоретически, могу, но надо спрашивать хотя бы, согласна я или нет. От дома я бы тоже отказалась, потому что это... чересчур. Но мне больше некуда пойти. И я... — Ро запнулась, ибо потеряла нить своей торжественной речи.

Фаррел задумался. Или сделал вид, что задумался. Вздохнул, пожевал левую щеку. Посмотрел на яблоки, потом на заинтересованного Какадука на пороге. Потом на взволнованно застывшую Ро.

— Это для тебя правда такая проблема?

Ро сморгнула, не ожидая столь спокойной реакции.

— Кто твердил «мы должны стать партнерами»?

— Ну... это ж совсем про другое!

— Я твое предложение давным давно принял. Мы — партнеры до тех пор, пока не отыщем Странника, верно? Мой партнер нуждается в помощи, я могу ее оказать. Ради того, чтобы в будущем наше партнерство продолжалось. До сих пор тебя все устраивало, что теперь не так?