Книга Аврора. Заря сгорает дотла, страница 71 – Кейт Андерсенн

— Дошла…

Деревня показалась сразу за перелеском. Нагретая солнцем дорога привела на пустынную улочку. Кривая мостовая, отполированная дождями, временем и солнцем, цветные покрывала на дверях, кадки вечнозеленых растений у беленых до слепоты домов и на балконах. Домики лепятся друг к другу в совершенном хаосе и… никого.

Казалось, только где-то далеко тонко свистит охотящийся Арчи.

Разбираться у Ро не было сил. Она остановилась, зажмурилась и заорала во весь голос:

— Помогите!

Из окон и из-за покрывал на дверях начали выглядывать смуглые человеческие лица.

Деревня Альпурха, граница королевства Черного Тополя и Вестланда.

Аврора, разумеется, отправилась обратно вместе со спасателями — неразговорчивыми горцами, черно-сморщенными, как чернослив, и спокойно-невозмутимыми, как камень. Фаррел так и лежал навзничь и без движения, и она испугалась, что дознаватель потерял сознание, при смерти или вовсе умер, слетела по крутой тропе, не замечая боли в израненных пятках, едва не сорвалась в обрыв, а он... просто смотрел в облака и задумчиво хмурил лоб. Удивленно покосился на нее и приподнялся на локте: дескать, что происходит?..

Ро его тогда ударила. В плечо. Не сильно, но с чувством. Села и расплакалась. Коротко. Но позорно. Фаррел попытался обнять, да она не далась. Снова едва не улетела вниз. И на ноги подняться не смогла.

В итоге горцам пришлось нести их обоих. Фаррел, повисая на закорках горца покрепче, что так и гнулся, да не ломался, уверял, что ее истерика — лишь побочный эффект моря Белого Шепота, последствие обмена хвоста сирены на ноги, а даже если она не сирена — что он покажет ее целителю Квилле и все будет хорошо, как прежде... А Ро проклинала его и тихо, и громко.

Потому что этот хренов дознаватель не понимал столь простой вещи: так было прежде и так будет впредь. Всегда.

Лучше бы вовсе молчал.

В итоге, как обычно, Ро просто замерла внутри и ждала, когда пройдет. В основе того, что сейчас было — не фобии. А клятая чувствительность. Она не лечится. Гнобится и глушится — да, но Аврора такому обращению со своим сокровенным — не сторонник. И каждый раз вычленять одно от другого... Да лучше сразу кокнуться о скалы.

Так что не вышло насладиться красотой выбеленных улочек, будто бы лично самим солнцем. И совершенно неповторимой атмосферой домиков с кривыми стенами, будто бы вырытых в камне, проулками, больше напоминающими пещеры, чем сельские улицы. Ро прикрывала глаза и просто мечтала поспать в спокойствии. Чтобы никто не трогал, и чтобы особенно никаких Фаррелов или Кастеллетов при пробуждении. Совершенно достали, честное слово.

Когда она случайно хихикнула вслух, тогда и поняла, что крыша снова отправилась в путешествие вокруг света и можно махнуть рукой на все.

Их сгрузили в одной из вот таких странных изб с низким потолком, и местный житель, подозрительно смахивающий на знахаря — длинный, тощий, с шикарными седыми лохмами что перемежались причудливыми косичками, вплетенными кольцами и перьями (таким позавидовал бы всякий уважающий себя хиппи) с высоким лбом и проницательным взглядом — посмотрел на нее пристально, потом на Фаррела, потом снова на нее и быстренько чем-то окурил, от чего мир мгновенно схлопнулся и утянуло в дремоту.