Книга Попаданка для Лорда-Дракона, страница 24 – Тоня Рождественская

— Лешка! – кричу я, но звука нет, словно меня выключили, как микрофон. – Лешка!

Но он не просто не слышит меня, но и не видит, не чувствует. Его внимание полностью поглощено той другой женщиной, лежащей перед ним. Не мной!

Я снова пытаюсь позвать его, но тут вдруг чувствую непонятную встряску, и резко открываю глаза, снова оказываясь внутри дилижанса.

Карета мчит по пригоркам как безумная, подпрыгивая на кочках и подбрасывая своих пассажиров в воздух. От очередного толчка я подскакиваю, утыкаясь лицом в упругое тело Эрика фон Крафта, сидящего напротив.

Он подхватывает меня, не давая скатиться вниз.

— Что происходит? – растеряно пищу я, все еще не пришедшая в себя после сумбурного сна.

— На нас напали! – рычит он, отчаянно вглядываясь в темень окружающего нас леса…

Дальнейшие события пролетают еще быстрее, чем все предыдущие.

Я слышу крики, гомон, звуки сражения и даже взрывы. Нас трясет так, словно мы оказались внутри детской погремушки, с которой играет особенно активный младенец.

Инспектор Бруенор и Эрик обмениваются короткими фразами, смысл которых остается для меня загадкой.

Я пытаюсь удержаться на месте, это единственное на что я сейчас способна, но даже такое простое действие выходит у меня с трудом.

— Освободите меня немедленно! – рычит молодой фон Крафт, указывая на кандалы.

— Я не имею права!

— Если вы этого не сделаете, мы все погибнем!

— Не волнуйтесь и оставьте разбойников профессионалам, – не сдается Бруенор, отстреливаясь в окно из маленького мудреного арбалета.

— Осел! – выплевывает ругательство Эрик, и тут карета резко останавливается.

Мое тело как безвольный манекен снова выбрасывает на колени к названному жениху, а тот вместо того, чтобы галантно поднять свой неожиданно возникший груз, как сделал это в прошлый раз, наоборот весьма нелюбезно скидывает меня на пол, словно мешок картошки.

Звуки борьбы переместились в непосредственную близость от нас, и пока я пытаюсь выбраться из оборок задранного платья и не задохнуться от возмущения, инспектор Бруенор и Эрик выскальзывают из дилижанса. Так что, когда мои глаза наконец-то начинают видеть что-то помимо запачканного муслина, в карете не остается никого кроме меня.

Я опасливо подползаю к приоткрытой дверце, выглядывая наружу и, к своему ужасу, вижу многочисленные трупы людей, измазанные в крови и дорожной грязи, которые нещадно заливает так некстати разразившаяся гроза.

Внезапно мимо кареты проскальзывает жутковатое замызганное лицо, в обрамлении спутанных длинных волос и, заметив меня, лезет внутрь с жутким радостным воплем.

От страха я громко вскрикиваю и импульсивно отпрыгиваю в другую сторону.

Отвратительная морда лыбится беззубым ртом и тянет ко мне окропленные красным руки. Вне себя от ужаса, я пытаюсь отпинываться и отползать, но грязные крючковатые пальцы ловко ухватывают меня за лодыжки и тянут к себе.

Я визжу так громко, что и сама жмурюсь от этого звука, как вдруг ощущаю, что чьи-то руки подхватывают меня за подмышки, ловко вырывая из плена бандита, и выволакивают из кареты с другой стороны.

Не глядя, я принимаюсь отбиваться, но слышу спасительно знакомый голос Эрика.

— Это я, я! Успокойся!

Заведенная до предела, я с трудом останавливаюсь и оглядываю спасителя. Он мокрый насквозь, все еще скован, а его одежда местами разорвана и окроплена кровью. Но чужой или собственной, непонятно.