Книга Биатлон. Мои крылья под прицелом, страница 23 – Анастасия Разумовская

Они были больше похожи на лесенку. Я кое-как вскарабкалась наверх и села в седло. Оно оказалось тёплым и пенопластово заскрипело подо мной. Забираться было сложно — Швырк волновалась, переступала лапами и вихлялась довольно узким — тоньше, чем у лошади — телом. Харлак подошёл ко мне и передал узду.

— Не выпускай. И к шее прижмись, так поток воздуха уменьшится.

— А как мне…

«… скомандовать ей двигаться вперёд?» — хотела спросить я, но договорить не успела — Швырк рванула из дверей, и я едва не выпала из седла, но сообразила прижаться всем телом к её телу. Нырьк — и мы уже выпрыгнули из воронки. И тотчас справа и слева от меня распахнулись крылья, запарусили. Снизу словно что-то ударило, и мы заскользили по воздушным потокам.

Я заорала. От восторга и ужаса.

Отсюда горы казались скомканным листом бумаги. Впереди неслись чёрточки, казавшиеся чёрными. Это были ящеры. Харлак был прав — Швырк помчалась догонять их. Но раньше, чем на спинах извивающихся собратьев я разглядела седоков, стая устремилась вниз. Моя драконица последовала за всеми, радостно трубя. Мне даже показалось, я угадываю в этих режущих уши звуках что-то вроде «подождите, я с вами!».

Горы стремительно приближались. В какой-то момент Швырк, видимо, отчаявшись, сложила крылья и попросту спикировала вниз, и я снова завопила. На этот раз в моём вопле был чистый, ни с чем не смешанный ужас. Перед глазами снова возник трамплин. Не та горка, которая была в реальности, а высокий монстр из моих кошмаров. Я зажмурилась.

Но крылья вновь милосердно распахнулись, и приземлились мы благополучно.

На заметённом снегом козырьке стояла деревянная хижина, с окнами и трубой. Ребята, по пояс в сугробах, радостно пересмеивались. Я осторожно спустилась и замерла, не решаясь ступить в снег.

— Инферно! — крикнула Валери, и её белая драконица дохнула пламенем.

Сугроб впереди резко просел.

— Эй! — возмутился Аратэ. — Перестань! А то мы все будем мокрыми. Лучше мы вас на руках донесём.

И подхватил Росинду. Эрсий молча поднял Валери, вцепившуюся ему в плечи, а приземлившийся следом за мной Харлак — меня. И мы двинулись вперёд. Впрочем, идти было недолго: хижина находилась от нас шагах в десяти. Уже на крыльце я оглянулась и увидела, как стая драконов резвится в небе.

А страху-то было!

Эрсий

Это оказалось нечто вроде сторожки — маленькая кухонька с топчаном и печкой и большая прихожая, заставленная лыжами, завешанная экипировкой. Настоящей, нормальной, современной экипировкой биатлониста, без всякого там бархата и дурацких вышивок. Три женских костюма, три мужских. Женские комбинезоны — алые с золотом, мужские — чёрные с серебром. Над каждой вешалкой — значок. Солнце, звезда, рыба, волк, нога. Над шестой была приклеена золотая монета.

— Мальчики одеваются первыми, — скомандовала Валери и прошла в кухоньку.

Мы с Росиндой — за ней. Рос закрыла ветхую дверь, обитую клеёнкой.

— Да ладно вам! Мы не против вашего присутствия, — крикнул Аратэ из-за двери.

— Терпеть его не могу, — выдохнула Рос шёпотом, — развязный наглый выскочка!

И вдруг посмотрела на меня.

— У тебя смуглая кожа, и глаза узкие, — сказала решительно, — ты из тхаргов, да? Зачем ты согласилась участвовать в турнире, Иляна, дочь своей матери?