Книга Биатлон. Мои крылья под прицелом, страница 84 – Анастасия Разумовская

Палуга, а профессор Бахус принадлежала именно к этому роду, замерла, наклонив голову, вздёрнула губу над клыками, и Эрсий понял, что профессор сейчас ударит. Он прикрыл глаза, нашёл алые нити её ярости и коснулся их умиротворением, выпивая гнев. И пропустил момент злости Валери: та шагнула к дерзкой, занесла было руку для удара…

— Девочки, — рассмеялся Аратэ, внезапно оказавшись между ней и Иляной. — Не отнимайте у мортармышей честь вас изувечить.

— Почему ты считаешь, что нас плохо учат? — мрачно поинтересовалась Росинда.

И ничего не осознавшая Иляна принялась излагать свои доводы про лишний отдых, еду, мышцы, отсутствие нагрузок и малое время для тренировок. Эрсий слушал вполуха, его внимание было сосредоточено на нитях эмоций Бахуса.

— Что за чушь! — злобно фыркнула Валери. — Зачем мы её слушаем? Она рассуждает, как пустышка, не понимая, что всё это — ерунда и…

— А я думаю, она права, — возразила Росинда.

— Тебе тоже отказала твоя магия?

Однако мятежница сдула розовую прядь со лба и хмуро заметила:

— Ты рассчитываешь на свою магию. Ты банши, кто из мортармышей тебя одолеет? Или кто справится с принцем?

— Не преуменьшай свои силы, ты зачаруешь их пением и…

— Петь на бегу? Серьёзно? Валери, ты сама себя обманываешь. Если мы будем петь, мы не будем бежать, а, значит, проиграем этот турнир.

— Магвинтовки…

— Тоже имеют исчерпаемый ресурс. Харлак, скажи благороднейшей, что я права.

Она обернулась к оборотню, но тот отвёл взгляд. Ну да, куда дворянину из незнатного и совсем не богатого рода идти против феи смерти. Росинда топнула ногой.

— Я за то, чтобы дать Иляне возможность показать, как, по её мнению, должны проходить занятия. Может быть, она действительно права?

Валери скривилась:

— Благородная роана хочет пойти в ученицы к пустышке?

«Тебя погубит гордость, — подумал Эрсий. — Гордость — хорошее чувство, но гордыня глупа».

— Я просто предлагаю дать ей возможность…

— Я поняла. Аратэ, ты тоже так считаешь? Ну, конечно: она же твоя протеже.

Эрсий поморщился. Мерзкое словечко. Одна из нитей соскочила с его пальцев, и Бахус, замурчавшая было, встрепенулась. «Я впитал слишком много её эмоций», — подумал принц, чувствуя внутри какое-то смятение и странные чувства. Он с детства учился бесстрастию, но сейчас определённо в нём клубились эмоции. Или их отголоски. И даже нечто похожее на раздражение.

— Она просто жалкая пустышка! Жалкая, безродная пустышка, решившая покомандовать благородными! Или ты так не считаешь, Аратэ?

Лепрекон усмехнулся:

— Благороднейшая Валери не может ошибаться, — заметил весело и подбросил снежок. — Смерть всегда мудра. Прекраснейшая знает наверняка, что Лясенька просто пыжится и строит из себя всезнайку, а на самом деле ничего не умеет и не знает…

Эрсий поймал отголосок злорадства своей невесты.

Это было неприятно. Эмоции уродуют, эмоции глупы. Но банши слишком легко им поддаются. Смерть не умеет сдерживаться, она неистова. «После свадьбы я смогу не видеть её годами», — напомнил принц себе, выравнивая дыхание. Он не должен поддаваться неприязни. Этот союз необходим его клану.

— … поэтому, — завершил Аратэ и откусил кусочек снежка, — мы дадим глупышке опозориться до конца. Одним словом, Ляночка, сегодня твой день. Ты будешь нашей учительницей, раз уж ты так хочешь проявить своё безумие. А мы все будем выполнять любую твою команду.