Книга Биатлон. Мои крылья под прицелом, страница 87 – Анастасия Разумовская

Внезапно руки Аратэ сомкнулись на моей талии.

— А мы с Лясенькой потом, — мурлыкнул лепрекон. — После всех.

Рос с силой захлопнула дверь, и снег посыпался, искрясь на солнце, словно золотой песок. Скорее всего, Аратэ просто хотел позлить невесту, но мне вдруг стало тепло и как-то… благодарно, что ли. Может, и хотел, а может, просто почувствовал моё смятение? Я подумала невольно, что лепрекон, как настоящий торговец, наверняка ещё и неплохой психолог, умеющий считывать настроения и опасения окружающих людей.

— Росинде это не очень понравилось, — заметила я ему тихо.

— Ей много чего не нравится, — проворчал Аратэ мне на ухо. — И больше всего не нравится, что мне её продали.

Я обернулась и заглянула в его глаза:

— Что?

Лепрекон криво ухмыльнулся, и мне не понравилась его усмешка.

— Как это продали? — переспросила я изумлённо. — В каком смысле?

— Ох, простите. Не продали, конечно, нет. Благороднейшая Росинда ведь не товар, чтобы его продавать, что я говорю. Скажем так, её руку отдали мне взамен на прощение кругленькой суммы долга, которую род роанов задолжал моему.

— Но ведь это ужасно!

Он пожал плечами:

— Естественно. Порой благороднейшей роане приходится выходить замуж за лепрекона. А что поделаешь? Мир полон ужасов.

— При чём тут это? Какая разница, за лепрекона или за принца? Ужасно, что её продали её собственные родные.

Аратэ озадачился. Прищурился, выпустил меня, подобрал снег, слепил из него комок и бросил в солнце.

— Ну… это как раз нормально. Тут никто не в обиде. Это называется благородным словом «вено» или «выкуп невесты», и никто не оскорбляется по такому случаю. Наоборот, чем дороже выкуп, тем сильнее повод девушке гордиться. А у вас не так?

— Нет. У нас девушка решает сама…

— Кому продаться? Сама за себя назначает выкуп?

Я сердито выдохнула.

— Чушь. Никакого выкупа. Деньги это вообще не главное в семье. Главное — любовь и взаимопонимание и…

Лепрекон покосился на меня, фыркнул и вдруг заржал самым бесстыдным образом. Но как раз в этот момент Валери и Росинда, одетые в алые комбинезоны, вышли из дверей. Эрсий оттолкнулся от стены, вошёл, Харлак последовал за ним.

— Мы пропустили что-то забавное? — процедила Рос. — Тогда поделись с нами, мы тоже посмеёмся.

— Вы не поймёте, это личное, — возразил бесстыжий Аратэ.

Роана сверкнула на него глазами, отвернулась и принялась лепить снежки и швырять их в стенку домика. Валери прямо уставилась на лепрекона:

— Ты забываешь, кто ты, — заявила со сдержанной яростью.

— Великие дома падают, а золото остаётся.

— Посмотрим, поможет ли тебе твоё золото, когда ты будешь умирать.

И Валери вдруг запела свою ужасную песню. Я почувствовала, как лепрекон водрузил мне на голову наушники, и тотчас все звуки исчезли.

Ну нет. Так не пойдёт. Хотят колотить друг по другу лопатками в песочнице — без меня. Я немного уже выросла из этого возраста.

— Благороднейшая Валери, Прекраснейшая Росинда и всековарнейший Аратэ! Минуточку вашего внимания. У нас впереди — турнир. Нам все силы нужно сосредоточить на борьбе. Если мы будем воевать друг с другом, то точно проиграем. Да, я знаю о втором этапе, но это ничего не меняет. С ним мы будем решать после прохождения первого.

Наушники с моих ушей исчезли.

— Теперь ты вздумала нас поучать? — высокомерно уточнила Валери.