Книга Беглянка, страница 28 – Любовь Негодяева

— Владелец должен сделать это лично.

— Да? – тяну недоуменно. – Почему фаворитка так легко отступила?

— Аристократы впитывают знания с молоком матери. Плебеи не ведают всех тонкостей.

— Совсем забыла о скудном образовании Аннетты, - задумчиво почесываю лоб. – Низшим кастам, похоже, даже азов не преподают. Просвети, пожалуйста, по поводу денежной системы.

— Сто медяков равны серебряной монете. Столько же серебрушек складываются в один золотой.

— Мы богаче, чем казалось, - радостно потираю руки.

— Если придерживаться привычного уклада жизни, то запасов хватит на неделю.

— Следует умерить великосветские аппетиты, дружок, и прикинуться купеческими детьми, - строго грожу пальчиком. – Забудь о роскоши и комфорте. В ближайшее время доходов не предвидится, только расходы.

Увлекаемся спором о сословных различиях и не замечаем появления Беатрис. Девица предстает во всей красе: с похищенной заколкой в волосах и княжескими серьгами в ушах. От ее противного голоса аж челюсть сводит. Еще немного и глаз задергается.

— Я подумала и решила бросить приблудышей прямо здесь, - заявляет капризно. – Раз нечем платить, то и нам не стоит проявлять милосердие.

— От ущербных смердит грязью и потом, - надушенная Марьяна встает рядом и с радостью присоединяется к травле.

Гектор возникает за спинами склочных женщин и подает завуалированные сигналы. Кажется, советует не вступать в полемику и соглашаться. Кладет руку на меч, намекая на опасность. Ведет бровью в сторону корзины с едой, которую оруженосец относит в кусты. С хмурым видом поглядывает на кареты.

— Готова обменять родовое кольцо на кибитку с крепкой лошадью… - перечисляю вещи, названные братом, и добавляю. – Передаваемое имущество должно находиться в рабочем состоянии. Пусть воины все проверят. От тебя потребуется клятва, что уедешь и не причинишь нашему скарбу и коню никакого вреда. Прости, но поджигательница не заслуживает доверия.

Краем глаза улавливаю удовлетворенный кивок защитника.

Девица снимает вычурную брошь, прокалывает палец и произносит обет, повторяя слово в слово озвученную фразу.

— Давай перстень! – протягивает подрагивающую от жадности ладонь.

— Лови, - снимаю и бросаю нахалке.

На холеном лице вспыхивает торжествующая улыбка, а у меня в душе растет подозрение, что опростоволосилась и не все предусмотрела.

— Отгоните повозку на дальнюю поляну, где недавно рубили дрова. Княжеские отпрыски слишком немощны. Им не хватит сил отправиться в путь. Пусть сначала выздоровеют и доползут до колымаги.

— Детский сад, - бормочу глухо и демонстративно закатываю глаза.

Заместитель начальника охраны поводит подбородком, указывая на хорошо видимую тропинку, усыпанную опилками.

Благодарно улыбаюсь в ответ. С безмятежным лицом откидываюсь на ствол дерева. Подгребаю под крылышко Мигеля и замираю в предвкушении свободы.

Фаворитка о чем-то шепчется с кучером и залезает в роскошный экипаж.

— Погоди-ка, - выдыхаю изумленно, обращаясь к мальчику. – На нем же были гербы Гардарийских.

— Мерзавка велела их сбить и выкинуть.

— Дверцы кареты перекрашивали? – тяну неверяще. Не заметила, чтобы рядом велись ремонтные работы.

— Нет. Черное лаковое покрытие не пострадало. Отец – рачительный хозяин. Перед отъездом велел зачаровать все вещи.