Книга Беглянка, страница 76 – Любовь Негодяева

С запредельной скоростью черный мститель кидается вправо, находит схоронившегося в кустах подлеца и мощным ударом задних копыт отправляет в полет. С левой стороны неуловимой тенью мелькает Молния и производит аналогичные манипуляции. Умная кобылка тут же скрывается из вида, прячась за деревьями.

Со страшным хрустом два переломанных тела падают к моим ногам. Мерзавцы таращат глаза, корчатся в агонии, открывают рты, но не могут произнести ни звука.

В гробовой тишине приседаю, поднимаю стрелы и внимательно рассматриваю наконечники, сплющенные в блинчики после встречи с обработанным слезами оружием.

— Кто заказчик? – поворачиваюсь к несостоявшимся убийцам. – Говорите!

— Киллиан Нэрри, - стонет искалеченный брюнет, облаченный в форму тиронских солдат.

— Гилберт Исторский, - морщась от боли выдыхает одетый в охотничий костюм шатен.

Удерживаю на лице маску всезнающей стервы, при этом отчаянно пытаюсь запомнить озвученные имена. Поднимаюсь и препарирую взглядом ошеломленных пограничников. Они явно догадываются о ком идет речь.

— Вы пересекли черту и не вняли предупреждению, - указываю рукой на линию, стертую двумя летунами. – Боги не взывают к разуму глупых детей дважды, они наказывают за непослушание. Убирайтесь из моего леса!

Мрак подходит и чинно опускается на землю. Со всей возможной элегантностью устраиваюсь на спине защитника, продолжая сжимать в ладони два древка (решаю забрать улики с собой). Жеребец встает и оглашает окрестности тревожным ржанием.

Как по команде лошади стражей границы разворачиваются и бросаются наутек, игнорируя приказы растерянных седоков. На месте остаются лишь спешившиеся в начале встречи капитаны.

Окидываю обескураженных мужчин презрительным взглядом и встряхиваю сияющими волосами. Вороной воинственно бьет копытом, угрожающе фыркает, разворачивается и с королевским достоинством удаляется.

Представляю, насколько эффектно сейчас выгляжу на пустынной дороге. Хрупкая одинокая девушка, будто сотканная из света мерцающих звезд, восседающая на рожденном из первозданной тьмы скакуне, шкуру которого не пробивают даже смертоносные стрелы.

Уверена, я навечно запечатлеюсь в сознании офицеров. Их взбудораженный разум попытается соединить образы нежной эфемерной красавицы и высокомерной разгневанной фурии, но безрезультатно. В итоге останусь в памяти комендантов удивительным природным божеством, сошедшим со страниц детских сказок, чтобы восстановить справедливость.

Держусь с царственной осанкой и стараюсь не показывать, какой ужас на самом деле испытываю. По телу пробегают волны неконтролируемой дрожи. Сердце бухает, словно молот по наковальне. К горлу подкатывает тошнота. В голове роятся мрачные картинки того, что могло произойти достигни выпущенные снаряды намеченной цели.

Две стрелы – две жизни. Моя и малыша Гектора. Как же страшно вновь оказаться на волосок от гибели.

Скрываемся за поворотом и тихонько сворачиваем в лес. Тут же подвергаемся тщательному осмотру, устроенному подскочившей Молнией. Встревоженная кобылка обеспокоенно заглядывает в глаза то мне, то возлюбленному, боясь увидеть следы ранений.

— Спасибо, друзья, - снимаю вуаль, обнимаю вороную красавицу за шею и истерично всхлипываю, заливаясь слезами. – Сейчас немного поплачу, а потом соберусь с силами, и мы вернемся в укрытие.