Книга Побег с отбора, или Осторожно – эльф!, страница 38 – Дарина Ромм

— Ты действительно сумеешь из него выстрелить? — неожиданно поинтересовался Далис, когда я вставила стрелу и примерилась растянуть лук.

— Конечно! — самодовольно ответила я. — Не веришь?

— Не очень, — эльф небрежно усмехнулся.

— Доказать? Выбирай цель, которую мне надо поразить, — предложила я, вдруг почувствовав азарт.

— А если не попадешь?

— Если не попаду… не знаю, можешь звать меня хвастуньей, — расщедрилась я.

— Если промахнешься, отдашь мне свою книгу заклинаний, — вдруг предложил эльф очень серьезно.

— Отдать книгу… — я даже растерялась на миг. — Она же… она не моя, а дедушкина. Я не могу…

— Понятно, трусишь, — Далис пожал плечами и отвернулся. Выровнял лодку, которая вильнула к берегу, и спокойно продолжил грести. На меня он больше не смотрел, но на лице у него опять появилось презрение.

— Отдам, — вдруг выпалила я со злостью. — Если промахнусь в цель с сорока метров, то отдам тебе эту книгу. Но если попаду, то… то…

Зеленые глаза эльфа сверкнули издевкой.

— И что же такого страшного ты придумаешь, Озерова?

Я закусила губу, решаясь, а потом выпалила:

— Ты будешь называть меня только по имени и расскажешь, зачем предлагал стать твоей любовницей, если я тебе никогда даже не нравилась!

— Согласен, — кивнул эльф, подумав секунду-другую. Опустил весло и протянул мне руку. — Скрепим договор рукопожатием?

— Зачем? — спросила я с подозрением. Недоверчиво уставилась на протянутую ладонь: с чего вдруг он мне руки протягивает?

— Озерова, чтобы спор имел невозвратную силу, его нужно скрепить магическим договором. Если нет возможности составить договор, можно заменить рукопожатием или поцелуем. Целоваться мы с тобой по понятным причинам не будем, остается только пожать друг другу руки, — терпеливо разъяснил эльф, а белко-енот проверещал что-то, словно поддержал его.

— А зачем спор должен иметь… невозвратную силу? — не поддалась я на провокацию. Кто его знает, ушастого этого, возьмет и повлияет магией так, что перед выстрелом у меня начнут дрожать руки, не давая прицелиться. Или зрение откажет! Явно он очень хочет заполучить книгу, но украсть или забрать ее силой кодекс эльфийской чести не позволяет. А магией повлиять можно, да.

Видимо, поняв по выражению моего лица направление мыслей, Далис засмеялся:

— Озерова, я ничего не буду делать тебе. Спор нужно скрепить, чтобы ты потом не пошла на попятный и не отказалась отдавать мне мой выигрыш.

— Ты так уверен, что проиграю⁈ — взвилась я. Забыв об осторожности, протянула руку. — Обещаю, если я проиграю в нашем споре, отдам тебе книгу заклинаний.

— А я обещаю, если ты выиграешь, всегда называть тебя по имени «Генриетта» и рассказать… что ты там хотела узнать, Озерова?

— Зачем ты предлагал мне на время учебы в академии стать твоей любовницей, — повторила я, насупившись. О том эпизоде, случившемся на первом курсе, неприятно вспоминать, но разобраться с ним надо.

Длинные пальцы эльфа обняли мою ладонь, осторожно пожали и неспешно отпустили. Далис снова взял весло и, не глядя на меня, объявил:

— Через полчаса причалим к берегу, там и разрешим наш спор.

— Жду не дождусь, — ответила я кровожадным тоном. Повернулась к глазеющему на нас с эльфом белко-еноту, ткнула в него пальцем и с пафосом объявила:

— А ты… отныне тебя зовут Лебовски! Теперь ты Большой Лебовски, понял?