Книга Побег с отбора, или Осторожно – эльф!, страница 41 – Дарина Ромм

И опять мы с эльфом бутербродиком лежали один на другом, только на этот раз я была сверху. Близко-близко смотрели друг на друга, тяжело дышали и… руки эльфа почему-то крепко меня обнимали, не давая отодвинуться.

Принц Далисносиор Сталонианиас

Совсем рядом с нами хрипело и дергалось раненое Генриеттой чудовище. Громко верещал и беспокоился ее фамильяр. Тревожно шумел лес, тяжело плескалась река, напоминая, что нужно побыстрее убираться с этого места. Я продолжал лежать на песке и смотреть в синие, словно горные озера, глаза девчонки.

Никогда таких не видел, у эльфов глаза разных оттенков зеленого. Хотя и у других рас я не встречал такого цвета, словно жидкий аквамарин плещется.

— Далис, отпусти, уже все закончилось, — прошептала Генриетта и облизнула губы.

— Никто тебя не держит. Вставай… — выдавил я с трудом, продолжая прижимать ее к себе.

Да что со мной творится? Она мой враг, внучка мерзавца, по вине которого погибла моя Хельга. К тому же сама по себе она никогда мне не нравилась, вызывала одно раздражение. Шумная, плохо воспитанная, необразованная полукровка Генриетта Озерова…

Когда-то, в самом начале моей учебы в академии Имберсаго, она улепетывала от какого-то придурка и врезалась в меня, неожиданно вывернув из-за угла. Вцепилась в мой камзол, прижалась, словно маленький ребенок, ищущий защиты.

И я обнял ее, загородил от гнавшегося за ней парня, хотя никогда не делал ничего подобного: терпеть не могу, когда физически нарушают мое личное пространство. Но эту тяжело дышащую девчонку почему-то не оттолкнул… Наоборот, стоял, прижимая к себе и ничего не замечая вокруг, смотрел в испуганные, с черными стрелами ресниц, глаза. Даже угрозы добежавшего до нас адепта, желавшего заполучить свою жертву, пропустил мимо ушей.

Позже я узнал, кто она такая, чья именно родственница. Гораздо позже, уже после того знаменательного бала первокурсников, где я предложил Озеровой стать моей подружкой со всеми вытекающими из этого вещами…

— Далис, отпусти, — повторила она.

Одним движением я перевернулся, подминая под себя хрупкое девичье тело. Еще несколько секунд смотрел в ее порозовевшее от смущения лицо и поднялся на ноги. Протянул руку:

— Вставай, Генриетта. Надо убираться отсюда.

— Что это за чудище? — спросила она, глядя на тушу «быка». Он уже перестал дергаться и теперь неподвижно лежал на брюхе. Голова и шея твари ушли под воду, только жуткие рога торчали наружу. Массивное, покрытое шерстью и твердыми пластинами, тело осталось на песке и выглядело ужасно, вызывая желание обойти его по широкой дуге.

— Я не знаю, как оно называется. Но, уверен, на узкой дорожке с ним лучше не встречаться, — и правда, я никогда не встречал здесь подобных существ, в основном общался с двуногими и ловчими.

Генриетта, засмотревшись на бездыханную тушу, споткнулась о крупный камень. Пришлось взять ее за руку и вести за собой, следя, куда она ставит ноги. Сама девчонка, похоже, плохо соображала.

— Неужели я убила его одной-единственной стрелой? Даже не верится, — пробормотала она, когда мы сели в лодку и отплыли от берега. Бахромог сидел у нее на руках, и она машинально поглаживала его по спине, очевидно, забыв, что нужно бояться.

— Как видишь, убила. Похоже, ты повредила ему мозг. Хотя не думаю, что он у него слишком большой: такие твари обычно не думают, а действуют на инстинктах и бешеной агрессии.