Книга Я бегу по снегу босиком, страница 58 – Нани Кроноцкая

Арина сползла с дивана, плетясь за подругой. Кот осторожно закрыл дверь за ними, кивнув на прощание главврачу Деус-Дивину.

Тот тяжко вздохнул, с громким хрустом сломав в пальцах простой карандаш. Прошептал: «Ну девчонки, удачи!», — встал и вышел в свой стационарный портал.

Ему она тоже понадобится.

Аманса в кабинете под номером восемь, куда их привел рыжий гном, — не было. Дверь была отперта, Ди туда заглянула, стремительно теряя всю свою решительность. Что дальше делать? Идти в отделение? Сразу в палату? А вдруг их визит навредит?

Они молча стояли у двери, думая, каждый о своем. Арина опять очень выразительно всхлипнула. Леонид подал ей очередной успокоительный платок.

Ди отвернулась. Нет, она плакать не будет, достаточно пролито слез. Что там сказал им Антон? Выгорание чувств и эмоций? Она это все проходила, большую часть жизни так и живя — под проклятием клейма Минервы. И никто ведь не умер. Да, Леру было тогда нелегко. Ей сейчас — решительно проще. У нее есть надежды. Он ведь был рядом с ней столько лет и не сдался. Даже теперь Гуло успел получить от нее лишь призрачное обещание да парочку поцелуев. Они справятся. Надо лишь только понять, насколько серьезно он ранен.

— Я смотрю, ты успела подумать, да Венди? Аве, дражайшие, рад вас здесь видеть, не скрою. Вы пришли, а ведь это внушает надежду. Пойдемте.

Ипполит Аманс. Величайший демон — инкуб, изменяющий Тьме со Светом. Светлый демон… Каких только коллизий не готовит нам нынешнее время. Красавец, и гений. Ди так и не знала — умеет ли он читать их мысли. Говорил ей — что только эмоции. Но кто знает… демонов этих.

Он появился прямо из стен, и следов портала даже Ди не заметила. Кивнул, приглашая.

Они молча пошли за ним по длинным коридорам госпиталя.

Отдельная палата для тяжелых больных. Новомодная прозрачная стена, голубые стены, три кровати.

В центре — Фил, отчего-то он был побрит наголо, в кислородной маске, как и Лер, лежавший на кровати справа. Слева — Корвус, выглядевший хуже всех, буквально почерневший, с торчащим над маской длинным носом, скукожившийся, он дышал очень тяжело.

— Полюбуйтесь. Они сейчас спят, через двадцать минут двоих ваших разбудим. Вы должны быть готовы.

— К чему? — Ди спросила почти ровным голосом.

— Все не так просто, как тебе кажется. Инферно… Представьте себе, что не тела их, а души покрыты глубокими ранами. Каждое чувство, каждый порыв отзывается болью. Все равно, как после ранения тела железным клинком попытаться вставать и идти.

— Это… потом заживет?

Арина снова вдруг всхлипнула. Ее счастье было так коротко. И воронье кольцо, как оно отзовется на рану инферно?

— Думаю — да. Шрамы вот только, — останутся. А вот насколько они будут глубоки… Думаю — зависит именно от вас.

— Почему вы так думаете?

— Венанди. То, что они оба выжили — это чудо. Как и все воины подразделения, те кто остался в живых. Их объединила единственная вещь, способная противостоять силе пламени преисподней.

Он вдруг замолчал, внимательно Венди рассматривая. Копался опять в её мыслях? Она ничего не ощущала, ни один контур защиты не дрогнул.

— И что же? — Все словно вокруг сговорились. Тянут, словно жвачку, не договаривают, мнутся, мямлят. Впору требовать списком: отчет и доклад. Варианты решения. Или Ди так понравилась военная четкость и лаконичность?