Книга Кому дракона с крыльями и замком?, страница 72 – Елена Саттэр

Далее. Тех, кто заплатит, отправлять в предписанное ПГУ. А тех, кто откажется или на этот момент будет без денег, отправлять в тюрьму.

— Так, там камер немного, — попробовал мяукнуть один из младших офицеров.

— Набивайте, как кильку в бочку, чтоб неповадно было. Пусть сидят в стеснённых условиях, пока их оттуда не выкупят родственники. Послабление и предупреждение только людям с детьми, старикам и за ними смотрящим, но в лице одного на немощного или маленького.

Это предписание действовать будет только на сегодня и завтра. Потом с утра встретимся и будем составлять новое.

— А одиннадцатый отряд? — поинтересовался командующий. — ПГУушек же десять.

— О, а одиннадцатый вместе с вами перейдёт под моё личное управление. С ним будем ходить адресно. Даже не ходить. Верхом всех посадить, иначе ноги до ушей сотрём. — Я потёрла довольно руки. На этот личный состав у меня были уже свои виды.

Не хотите, говорите, драконы благоверую искать – значит под нос подсунем. По закону военного времени.

И хорошо, что я в своё время выучилась верховой езде. Опять же благодаря одной свадьбе. Там у меня владелец конюшни женился.

— Все всё поняли? — оглядела я высший командный состав. Все кивнули. — Для ревности выполнения службы скажу. Все трудодни будут оплачиваться в двойном размере.

В глазах появилось рвение прямо сразу броситься в бой.

— Ну что ж, господа, до часа Ч. Хорошей охоты на легкомысленных и беспечных сограждан, которые своей нерадивостью могут в будущем сработать на наших кровных врагов. Не допустим этого!

— Хорошей охоты! — хором поддержали мой порыв для поднятия своего благосостояния и дисциплины в городе офицеры.

Я ещё потом сидела и приказы писала. Ровно одиннадцать штук, а офицеры бланки квитанций о штрафе загатавливали. Чтоб только фамилию вставить.

Потом с Санни опробовали лошадь, на которой вдвоём поедем. Девочку ещё не учили ездить верхом. Ну не беда, со мной посидит.

— Таня, ты такая… — прошептала мне уже в экипаже с восторженно горящими глазами Санни.

— Какая? — я погладила её по голове.

— Такая строгая и умная, и тебя все слушаются.

— Знаешь почему?

— Почему? — ко мне перебрались на колени и серьёзно уставились чёрными глазёнками.

— Потому что я уверена в себе и в том, что делаю. Я правда считаю, что люди слишком расслабились. А так нельзя. Посмотри на папу. Он же не просто так над горами носится. Не ради собственного удовольствия.

Наведалась я и в тюрьму. Помахав приказом, рекомендовала всех заключённых запихнуть в одну камеру и приготовиться к приёму новых арестованных. Приличных, просто по незрелости ума попадающих в неприятные для них условия проживания.

Уже в ратуше я по громкоговорителю нудно огласила список улиц по каждому ПГУ. И опять призывала к совести и вещала, что приказы надо будет выполнять в точности, а не "на отвяжись", иначе это ударит неприятно по карману. В окно уже не выглядывала.

В 14:30 одиннадцатый отряд во главе с командующим прибыл к ратуше. Я собрала всех сослуживцев и строго предупредила, что вот они должны чётко выполнять приказы, показывая своим примером гражданам, как действовать в опасной обстановке. Кивнула на командующего, стоя́щего рядом:

— Вот этот офицер будет контролировать выполнение предписаний и штрафовать в случае неисполнения.