Книга Блондинка и Серый волк, страница 40 – Марианна Красовская, Нани Кроноцкая

— Да, моя решительная госпожа.

Долго держать иллюзию было непросто, особенно — со спецэффектами. Огонь трещал, жарил, все выглядело весьма натурально. Уж в этих фокусах Агата знала толк.

Первым отмер все тот же «догадливый» рослый и рыжий разбойник.

— Да ты магичка! Ой парни, смотрите! А вы говорили — актриска столичная, да проездом.

— У нее знаков нет никаких. Как понять-то? — из толпы вышел совсем невысокий, но явно серьезный разбойник. Говорил очень тихо, но все его слушали.

Агата одним щелчком пальцев огонь убрала.

— Ну что мальчики, разойдемся с любовью или продолжим?

Серьезный прищурился, оглядывая их с волком парочку очень внимательно.

— Так ты что, из «наших»?

Выяснять что за «наши» и почему она «из» времени не было. Да и желания тоже. Улыбаясь значительно, молча кивнула. Дескать, какой ты догадливый, я — такая.

— Так это… Выходить отсюда можем вообще только мы. Так уж повелось, извиняйте, красавица.

— А кстати, за вами дверь почему не захлопывается?

Время нужно было тянуть. И придумать срочный план отступления, то есть бегства.

— Так это… жадная она, наша пещера. Пока хоть один золотой снаружи останется из того, что принесли — дверь не закроется. И вынести, кстати, ничего из золота не получится, даже и не думайте.

Волк громко простонал за спиной. Ну да. Как отец говорил: «Прежде чем что-то включить, прочитайте инструкцию.» Правда, инструкции к пещере не было, с пунктами о технике безопасности и надписью «Не влезай — убьет!» Хм… что отец там говаривал на этот счет? В каждой неприятности есть выход. Даже в полной жопе он есть. Ох.

— Вот что, красавчики. Предлагаю сделать вид, что вы меня просто не видели. Или мне придется вас испепелить. Ой, столько грязи потом, мясо это жареное человеческое, а вы такие упитанные, жир паленый воняет, неделю потом не отмыться. Не люблю я вот этого. Может быть, полюбовно решим?

Для иллюстрации всей серьезности своих угроз Агата зажгла потолок. Снова иллюзия, но качественно как получилось — сама засмотрелась. Прям натюрморт.

Разбойники долго шептались. Нервно перетаптывающийся с ноги на ногу волк ее тоже бесил.

В конце концов их вожак вышел, что-то промямлив про вечный ритуал и нарушение всех традиций. Вялые они все были какие-то, где весь разбойничий задор? Где алчно горящие глаза? Какая-то разбойничья бюрократия, право же. Докатились!

— Ритуал? — волк вдруг вышел вперед, очень весело ощерившись, — так вы что, забыли все законы? «Коли загадку волшебную стражи не отгадают, ворота открыты». Совсем одичали, разбойнички?

Судя по виду слушавших — одичали. И совершенно не помнили.

Волк продолжал вдохновенно (что там ему говорила Агата про самоуправство, ага):

— Кто у вас тут за главного? Кому страшное проклятье эээ… отомстит как клятвопреступнику? Выходи, будем загадку тебе загадывать, страж.

Что он несет? Вид у волка был очень серьезным. Разбойников он впечатлил.

Главарь вышел, подумав, и приосанился. Стал даже ростом повыше.

— Загадывай, вор.

Развернувшись вполоборота, волк прошептал девушке прямо на ухо: «Загадку мне быстро, моя сообразительная госпожа»

— Почему утка плавает? — ничего тупее ей просто в голову не пришло.

— У вас три попытки! Кто нас не пропустит, по воле всех магических клятв будет проклят навеки, и все его родственники и все потомки золота в руках больше не смогут держать!