Книга Бескрайнее темное море. Том 1, страница 15 – Моргана Маро

— Несчастная? – сухо переспросил Цин Вэнь. – Разве я оскорбил хоть одну из девушек столицы?

— Нет, но это не мешало вам разбивать их сердца. Разве забыли, как дочь семьи Яо застукала вас с молодой госпожой семьи У?

— Не напоминай об этом, – поморщился Цин Вэнь, вдруг ощутив, как горят щеки от двух призрачных пощечин. – И вообще, Нин-гэ – мужчина.

Лицо Сюня вытянулось.

— Мой господин, неужели вы сегодня даже не познакомились ни с какой женщиной? – удивился евнух. – Увидеть вас за общением с учеными мужами – большая… редкость.

Цин Вэнь бросил на него раздраженный взгляд.

— Мне что, теперь ни с кем нельзя разговаривать? – спросил Цин Вэнь, поднявшись из-за стола. – Возвращаемся.

Сюнь облегченно выдохнул и подобно тени последовал за господином. Стоило им оказаться на лестнице, как третий принц тут же накинул на себя маску дружелюбного брата Шу, принялся улыбаться и кивать публике, обещая, что если будет время, то обязательно заглянет. Сюнь за его спиной только хмурился и поджимал губы.

У ресторана уже ждали две лошади. Запрыгнув на одну из них, Цин Вэнь громко воскликнул «Цзя!»^[28] и, не дожидаясь евнуха, направился в сторону дворца. Сюню лишь оставалось пустить своего коня следом, мысленно благодаря богов за свои быстрые, пусть и короткие ноги. Если к часу Ю третий принц не будет в главном зале, то не поздоровится всем.

Вскоре Цин Вэнь пинком распахнул дверь личных покоев дворца Цинлишучжу^[29] и велел Сюню приготовить одежду.

Поклонившись, Сюнь удалился, а Цин Вэнь с неохотой снял с себя юаньлинпао^[30] и шапочку ушамао^[31]. Он не ожидал, что незнакомый человек сможет рассмотреть в нем воина. Стоило завтра вновь встретиться с Нин-гэ в ресторане «Шести радостей»; все же не похож он на человека, который прибыл из далекого города. Неужели знатный господин, который вдруг вышел в свет? Но тогда Цин Вэнь уже давно бы узнал о нем.

Принц неторопливо облачился в принесенные Сюнем одежды: темно-синие с серебром, плотные и легкие, кроем подошедшие бы всаднику, но украшенные по-императорски богато. Заколов волосы в высокий хвост, Цин Вэнь взглянул на перчатки, и при виде его усмешки Сюню стало не по себе.

Сняв перчатку, Цин Вэнь задумчиво осмотрел длинные тонкие пальцы, заканчивающиеся черными когтями.

— Как думаешь, если мудрец Фан увидит, что я моцзя, он тут же уйдет?

— Вы судите о нем поспешно, – вздохнул евнух. – Прошу, идемте, император Хэ и так уже зол.

Цин Вэнь сбросил вторую перчатку, снял со стойки легкий меч в темных ножнах и повесил на пояс. Вместе с Сюнем, вновь вскочив на лошадей, они направились в сторону Хэгуна.

Когда-то Хэгун был летней резиденцией императорской семьи Великой Цзянь. Здесь, в Юйгу, не бывало слишком холодных зим, стены строились тонкими, а украшения – легкими и изящными, в садах же пестро цвели вечнозеленые растения. На выступах золотых крыш сидели десять мифических животных^[32], красные колонны украшала резьба в виде дракона, пытающегося поймать феникса за хвост, а в садах ходили павлины.

При виде третьего принца слуги и евнухи Хэгуна испуганно прятали глаза и кланялись так усердно, словно хотели сложиться пополам. Никто из них не желал видеть демонических рук – проклятых когтей моцзя, которому место только в землях за Великой Стеной.