Книга Мороз-княже. Подаренная князю холода, страница 64 – Мария Ерова

— Да полно тебе убиваться! Ну же, обошлось… Придётся, конечно, заклинанье кое в чём поправить, чтобы твои вылазки во сне прекратить, а в целом – пустяки! Не о чем тут плакать!

— А если бы Арсений из-за меня пострадал? – не переставала хныкать я, словно маленькая девочка. И ведь сама это понимала, но, начав, остановиться не могла.

— Он и без тебя легко неприятности находит! – бодренько так сообщил котяра. – Но с его-то бессмертием он их порой даже не замечает!

Ляпнул и тут же осёкся. Зажал себе рот обеими лапами, глаза-блюдца на меня вытаращил, словно самую главную тайну своего хозяина выдал. Вот только, сдавалось мне, так оно и было. И я, вытаращив свои глаза в ответ вместо того, чтобы промолчать и сделав вид, что я и вовсе ничего не расслышала, ошарашенно спросила:

— Какое такое бессмертие?!..

Ероха, разинув рот, чтобы хоть как-то оправдаться, тут же опять его захлопнул. И попытался вновь. Но, видимо, так и не придумав, что мне сказать, вдруг завопил во всё горло и, свалившись на пол, бросился раболепно кланяться:

— Не погуби! Если хозяин узнает, что я тебе хоть слово выдал, то…

— Да успокойся ты! – забыв о своих переживаниях, я соскользнула с постели следом. – Никому я ничего не скажу, вот только, будь добр, поясни, что значат твои слова?..

Но тот, обернувшись воровато на дверь, вновь уставился на меня:

— Пощади! Нас, домовых, за такое и развоплотить могут! Не моя это тайна, Дарья! Не мне о ней и говорить!

Не шантажировать же было его после всего того, что домовой для меня сделал?

— Ладно, - с досадой согласилась я, возвращаясь в постель. – Но можешь ли ты мне ответить хотя бы на один вопрос, просто «да» или «нет»? И никаких уточнений…

Тот, подумав, кивнул, словно на казнь собираясь.

— Арсений – это и есть Мороз-княже?

Желана, поджав колени к груди, сидела на кучке соломы и наблюдала за тем, как корова Ярка медленно пережёвывает сухую траву, глядя прямо перед собой. Выражение морды её было столь бесцельно, бесстрастно, что девица ненароком позавидовала глупому животному. Ни тебе ни переживаний, ни неприятных открытий. Никак тайн, заговоров и интриг. Простое существование ради того, чтобы люди кормили тебя, чтобы ты отдавала им своё молоко. Или мясо, это как получится.

Люта заперла свою дочь в хлеву, потому как та, по словам женщины, «совсем от рук отбилась и поддалась бесовскому влиянию проходимца Ратимира». Той было всё равно, лишь бы не видеть свою мать и всех тех людей, что пришли к дому парня дабы поддержать Люту. Конечно, Желана была зла на Ратимира, но не желала ему попасть в беду из-за неё. Но её мать была мстительной женщиной, и просто так, само собой, ничего оставить не могла.

А Ратимир…

Желана попыталась прикрыть распухшие от слёз веки, но они вновь раскрывались, являя ей картину того, что произошло. Парень оказался не тем, кем она себе представляла. Нет, не совсем так… Ведь Ратимир всегда был собой, однако о другой, о звериной его сущности, вряд ли кто в их деревне догадывался. Разве что колдун Серафим, ведь он целенаправленно шёл к нему, чтобы явить перед всеми истинный облик парня. А, может быть, он сам обратил его в зверя, чтобы напугать всех, показать мощь своей силы? Но где-то в глубине души девица знала, что это не так. И Ратимир в самом деле был оборотнем, хоть и звучало это дико даже для их глуши.