Книга Любовь как приговор, страница 145 – Татьяна Кравченко

Она застонала, слабый, болезненный звук, сорвавшийся с пересохших губ:

— Дамьен...

Мариус мгновенно оказался у кровати, присев на край, его обычно непроницаемое лицо было обеспокоенно.

Элиана резко открыла глаза. Янтарные зрачки, еще мутные от обморока, метнулись по комнате. Она поднялась, оперевшись на локти.

— Мариус! – ее голос хриплый, сорванный. – Где он? Я... я видела... трогала... Он вернулся?

— Нет, госпожа... – начал было Мариус, но она резко перебила, вцепившись в его руку:

— Я не сошла с ума! Он БЫЛ там! Его ЗАПАХ... его ЛИЦО...

— Это был Адриан, госпожа, – тихо, но четко произнес Мариус.

— Кто?

Глаза Элианы расширились до предела, отражая чистый, животный ужас. Все тело задрожало, как в лихорадке.

— Адриан? – она прошептала, голос прерывался. – Как так? Я... не понимаю...

— Они близнецы, госпожа, разве Дамьен вам не говорил? – сказал Мариус, его голос ровный, но тяжелый. – Как две капли воды.

— Ааааа!

Пронзительный, крик отчаяния вырвался из ее груди. Она рухнула назад на подушки, словно подкошенная.

— Это не должно было быть так! – зарыдала она, голос захлебывался слезами и истерикой. – Дамьен МОЙ! Он ДОЛЖЕН был здесь! Не Адриан! Почему?! ПОЧЕМУ?!

Она уткнулась лицом в прохладную шелковую подушку.

— Он... Почему мне НИКТО НЕ СКАЗАЛ, что они ТАК похожи?!

Мариус осторожно прикоснулся, положив ладонь на ее вздрагивающую голову. Его движения были мягкими, успокаивающими, хотя в его глазах читалась собственная глубокая боль.

— Госпожа... – он заговорил тихо, почти ласково, – Я понимаю... эту пытку. Умоляю, успокойтесь. Пожалуйста.

Она резко замолчала, судорожно всхлипывая. Потом медленно подняла залитые слезами глаза на него.

— Алекс? – выдохнула она, голос охрипший от крика.

— Он в полной безопасности. С Айсой, – немедленно успокоил Мариус.

Элиана плакала, тихо, горько, проклиная свое предназначение, судьбу, Дамьена за его исчезновение, Адриана за его жестокое появление. Постепенно слезы иссякли, оставив пустоту и ледяную ясность. Она откинулась на подушки, вытерла лицо тыльной стороной ладони.

— Мариус... – ее голос звучал устало, но твердо. – Я хочу с ним поговорить. С Адрианом. Сейчас.

— Он исчез, госпожа, – ответил Мариус. Слово «исчез» прозвучало горько и знакомо.

— Как исчез? – прошипела Элиана. – Появился... испортил всё... и исчез?

— Да. – Мариус кивнул. – Он узнал о Дамьене... Они были очень близки в прошлом. Он был... сломлен, госпожа. Не знаю... Может, снова пропадет на столетия. А может... вернется.

Мариус сделал паузу, его взгляд стал более собранным, деловым.

— Я отправил всех гостей. Они... растерянны. А дядя Маэлколм... – на губах Мариуса мелькнул беспокойство, – ...уезжал с хитрой улыбкой. Довольный.

Элиана стиснула зубы так, что выступили сосуды на шее. Ее кулаки впились в шелк простыни. В ее глазах вновь загорелся огонь, но теперь это был огонь ярости и обиды.

— Я готовилась... – произнесла она сквозь зубы, каждое слово – отточенный кинжал. – И все... ВСЕ они... уже почти признали Алекса своим господином! А этот... ЭТОТ АДРИАН... все испортил! ВСЕ!

Элиана лежала еще несколько минут, впитывая ледяное спокойствие от каменных стен своей комнаты. Ярость уступила место холодной, расчетливой тревоге. Она поднялась, движения резкие, отрывистые. Алмазное платье лежало сброшенной скорлупой на полу, напоминая о разбитом триумфе. Она накинула простой черный халат и вышла.