Книга Вирус Aeon. Нева, страница 17 – Татьяна Кравченко

— Ради кучки жирных стариков, которые хотят жить вечно, да? — Ева выпустила дым. — Во благо их бессмертного эго.

— Хватит пафоса. У меня тоже есть семья. И я делаю всё, чтобы им жилось лучше. А теперь, извини, меня там Мира ждёт.

— Подожди. — Она задержала его взглядом. — Ты не просто так подошёл.

— Ну… — замялся он, отвёл глаза. — Есть кое-что. У тебя новые дела с Вероникой?

— Всё те же. Привезла сканер. Девятое чудо света. — Ева фыркнула. — Искусственный интеллект, МРТ, КТ — всё в одном. Ещё немного, и пациенты сами будут себе диагнозы ставить.

— Ага, про сканер слышал. Мы с Мирой как-нибудь зайдём. Проверишь нас? — пошутил он.

Ева не ответила.

— Что-то ещё? — спросил Коул.

— Какой-то новый препарат, говорят, скоро завезут. Почему ты спрашиваешь?

Мэр замолчал. Поколебался. И, наконец, почти шёпотом:

— Мне… мне прислали гонорар.

— Ну и?

— Он… в разы больше, чем раньше. В разы, Ева. На несколько нолей больше. Я даже сначала подумал, что ошибка.

Ева замерла. Дым щипал глаза. Она выронила окурок — тот упал в лужу и зашипел, как рана.

— Вот ублюдки… — выдохнула она. — Что же они на этот раз придумали…

Она отвернулась, не сказав ни слова и пошла во внутрь. Вино больше не действовало. Музыка раздражала. Свет казался слишком ярким. Вечер был испорчен.

Ник поднял глаза, когда она вернулась.

— Всё хорошо? — спросил он.

Ева села, взяла бокал, сделала глоток.

— Лучше не спрашивай.

И впервые за долгое время в её взгляде мелькнуло что-то пугающее — не усталость, не страх.

Ожидание. Будто она знала, что надвигается буря. И остановить её уже невозможно.

За месяц до начала эпидемии.

У Евы был редкий выходной. Она только недавно проснулась, накинула мягкий халат, заварила крепкий кофе и теперь сидела на веранде, уткнувшись в свежую газету. Утро было тихим и ленивым: солнце пробивалось сквозь листву, чайки кричали где-то вдали, а по соседству щебетали дети. Ева с наслаждением сделала глоток и откинулась на спинку кресла. Она давно не чувствовала такого покоя.

Раздался телефонный звонок. Ева даже не пошевелилась. Потом второй — уже на мобильный. Она лишь фыркнула и прикрыла глаза.

— У меня выходной. Все к чёрту, — пробормотала она.

Третий, четвёртый… пятый.

Сердце дрогнуло. Она взглянула на экран — номер секретаря. Что-то случилось.

— Да, слушаю, — ответила она не сразу, голос был слегка охрипшим.

— Доктор Беннет! Слава богу. Простите, что беспокою, но вам нужно срочно приехать. Вероника Ларенс уже звонила — она будет в госпитале через полчаса. Мэр тоже звонил. Он сам велел вас срочно разыскать.

— Что за чёрт… — выдохнула Ева.

Выходной был испорчен.

Через сорок минут она уже въезжала на парковку госпиталя. Автомобиль Вероники Ларенс — чёрный, роскошный, с тонированными окнами — уже стоял у главного входа. Рядом суетились охранники и ассистенты, выгружая какой-то кейс.

Вероника стояла у входа, нервно постукивая каблуком. Едва завидев Еву, она поджала губы:

— Ева, ты заставила меня ждать. Это неприемлемо. Пошли быстрее, у нас мало времени.

Она развернулась и пошла внутрь, не оборачиваясь. Шла уверенно, будто это она была здесь хозяйкой.

В приёмной к ним метнулась секретарь, но Вероника бросила на неё короткое:

— Двойной американо. Немедленно.