Книга Вирус Aeon. Нева, страница 192 – Татьяна Кравченко

Автобус остановился в двадцати метрах. Дверь со скрипом открылась. Первым вышел Эд. Увидев Балта, махнул рукой. Балт, после секундной паузы, шагнул вперед, отставив ствол в сторону.

— Эд. Живой.

— Живой, старик.

Они быстро сошлись, постучали кулаками, потом крепко, по-мужски, по плечам друг друга. Кратко. Без лишних слов. Мужское понимание. Нева следила за этим жестом холодным, недоверчивым взглядом. Старая дружба – слабость.

Ливия вышла следом. Измотанная, но держащаяся прямо. Она направилась прямиком к Неве, игнорируя напряженные стволы Сета и Джины.

— Спасибо, — сказала она четко, глядя Неве в глаза. — Я понимаю. Сейчас люди друг другу не доверяют. Мы сами… столкнулись. Комендант в одном лагере…

Нева не моргнула.

— Ты не знаешь, со сколькими «комендантами» мы уже столкнулись, — ее голос был плоским, как лезвие ножа. — Лезли в город. Тихие, с глазами жертв. Думали, их ждут с объятиями. А цель одна – поживиться.

В глазах Невы мелькнуло что-то жесткое, воспоминание о Тони и Сюзанне. Объятия, которые превратились в нож в спину.

Ливия кивнула, не отводя взгляда:

— Понимаю всё. Но у нас… другие планы. У нас есть ресурсы, чтобы снести ваш город с лица земли. — Она сделала паузу, давая словам осесть, глядя на внезапно напрягшихся Сета и Джину. — Но у нас другие планы. Совсем другие.

Намек на бункер висел в воздухе.

Нева медленно перевела взгляд с Ливии на автобус, на усталые лица в окнах, обратно на Ливию.

— Сожалею по поводу Джулии, — сказала она неожиданно тише. — Знаю, как тяжело терять своих. Потерю не измерить.

Ливия поникла на мгновение, словно с нее сняли панцирь.

— Это моя вина, — прошептала она так тихо, что услышала только Нева. — Только моя. Ее смерть… и это всё.

В глазах стояла невысказанная боль и груз вины.

Нева резко подняла бровь. Она не оговорилась. «Во всем этом». Интересно. Я и знала, что ты не так проста, воришка. Но вслух сказала лишь:

— Поговорим позже. А сейчас… — Она громко, командным тоном: — Берите только самое необходимое на ночь! Остальное – оставляете!

И кивнула Сету:

— Обыскать всех! До последнего гвоздя! Оружие – только в автобусе!

Пока люди Сета и Джины начали осторожный, но тщательный досмотр, из автобуса вышла Луиза. Несла клетку, в которой квохтали две пестрые курицы.

Нева фыркнула, ткнув пальцем в клетку:

— Меню на ужин везете? Или это запасные ноги на дорожку?

Луиза, не растерявшись, парировала с усталой усмешкой:

— Это наши золотые несушки, королева. Тронь – и твои люди яиц не попробуют.

Нева, скрыв ухмылку, отдала приказ:

— Грузить людей в наши машины! Везите до госпиталя! Автобус – загоните в ангар, с глаз долой! Не нужен лишний сигнал для чужих глаз.

Когда последние люди загрузились, Ливия снова подошла к Неве.

— Ещё раз спасибо. — Она посмотрела прямо в холодные глаза Невы. — Хоть в первую встречу… я думала, ты меня пристрелишь. Но… в твоих глазах я прочитала тогда не только злость. Справедливость.

Нева хрипло рассмеялась, коротко и без веселья.

— Ха! Детка, «схемы Вантауна» сыграли свою роль. — Она прищурилась. — Не будь их у тебя за пазухой… я бы тебя не отпустила. Живой.

Взгляд стал жестким, как гранит, напоминая Ливии, на каком лезвии ножа балансирует их хрупкое перемирие.

— Не забывай.

Нева, Сет и Джина ехали в джипе впереди колонны в гробовом молчании. Нева не сводила глаз с бокового зеркала, наблюдая за тенями в кузове грузовика – изможденными лицами, прилипшими к тентам. Глаза, полные страха и настороженности, встречались с ее взглядом в отражении и тут же отводились.