Книга Вирус Aeon. Нева, страница 350 – Татьяна Кравченко

Кайл, стоя в стороне, все понял. Он понял, зачем они здесь. Он понял, кого она ищет.

Вдруг из-за угла соседнего дома донесся тихий, булькающий хрип. Нева замерла, словно ее ударили током, а затем резко рванула в ту сторону, почти не глядя на Кайла.

Свернув за угол, она остановилась как вкопанная. В нескольких метрах от нее, медленно и неуверенно, брела одинокая фигура ожившей женщины. А позади нее, в паре шагов, шел другой. Его походка была странной, прихрамывающей, одна нога волочилась по земле. Спина, плечи, знакомая куртка...

— Рон? — имя сорвалось с губ Невы шепотом, полным какой-то безумной, хрупкой надежды.

Они оба, медленно, с скрипом позвонков, повернулись.

И надежда разбилась вдребезги, разрезанная лезвием реальности. Это был он. И это был не он. Его глаза были мутными, как застиранное стекло, без единой искорки осознания. Щека была порвана до кости, обнажая зубы. Вся его одежда была изодрана и залита запекшейся черно-бурой кровью. Он смотрел на нее пустым, немигающим взглядом.

— Рон... — ее голос дрогнул, в нем слышались и боль, и горькая насмешка. — Ну куда же ты, старина, собрался? А? Ты что, забыл? — она сделала шаг вперед, ее рука дрожа поднялась и указала в сторону, где стоял особняк. — Дом твой ТАМ!

Последнее слово она выкрикнула, и его эхо грубо разбилось о стены домов. И тогда с ней случилось то, что не случалось никогда на глазах у других. Ее ноги подкосились, и она опустилась на корточки, сгорбившись, вжав голову в плечи. Ее руки с силой вцепились в собственные волосы, будто она пыталась вырвать их с корнем.

— Нет... Рон... зачем... — ее голос был приглушенным, полным непереносимой агонии. — Зачем, Рон...

В ответ раздался лишь низкий, протяжный хрип. Существо, бывшее ее другом, медленно, шаркая ногой, поплелось к ней. Оно шло прямо на звук ее голоса.

Нева резко встала. Она повернулась к нему спиной, уронив руки на колени, пригнулась, вся сжавшись в комок.

— НЕЕЕТ! — ее крик был полон отчаяния и ярости, направленной на саму себя. Она с размаху пнула лежащий на земле камень, отшвырнув его в стену, а потом снова обернулась к нему. Ее лицо было искажено гримасой страдания.

Кайл стоял не двигаясь, наблюдая, как она методично, жестоко наказывает себя, отказываясь принять неизбежное. Один выстрел. Всего один. И все закончится. Но она не стреляла. Она стояла и смотрела, как смерть в облике старого друга приближается к ней, впитывая каждую ужасную секунду этого момента, как будто это была единственная возможная расплата.

Рон был уже близко. Меньше трех метров. Его хрип стал громче, слышно было, как щелкают и скрипят его челюсти. Он протянул вперед руки, бледные, с почерневшими ногтями, которые когда-то чинили оружие, помогали поднять ящик, хлопали ее по плечу.

— Стреляй! — резко крикнул Кайл, не в силах больше терпеть.

Но Нева лишь подняла пистолет. Рука ее не дрожала. Она навела ствол на него, но палец не касался спуска. Рон сделал последний шаг. Его пальцы уже почти коснулись кожаного рукава ее плаща. Его гнилой запах ударил в нос. Открытый рот с почерневшими зубами потянулся к ее руке.

Пистолет уперся ему прямо в лоб. Холодный металл прижался к холодной коже.

— Прости... — прошептала она, и в этом слове была вся ее сломленная душа.