Книга Вирус Aeon. Заражённый рассвет, страница 103 – Татьяна Кравченко

Эд и Ливия затаились за машиной, не смея даже дышать. Они слышали каждый их шаг, каждый шорох одежды, каждый металлический щелчок оружия.

— Может, это где-то за городом? — продолжал Луис, осторожно продвигаясь вперёд. — Может они шли в обход, могли наткнуться на парочку мертвяков. Надо осмотреть мост…

Его слова прервала угроза. Из-за поворота улицы показались первые ожившие. Сначала один, потом второй, третий… Их было несколько десятков. Тела шатались, лица были безобразно изуродованы гнилью. Они двигались медленно, но неумолимо, тянули руки вперёд.

— Пора валить! — громко крикнул мужчина в шапке.

Он в раздражении выбросил недокуренную сигарету на асфальт, которая, погаснув, тихо зашипела в луже. Мужчины поспешили к машине. Один из них, оступившись, едва не выронил оружие, но другой подхватил его за локоть.

— Валим! — заорал тот, что сидел за рулём.

Внедорожник с рывком тронулся с места. Колёса заскользили по мокрому асфальту, подняв брызги грязной воды. Мотор взвыл. Они мчались прочь, оставляя за собой дымящийся след от резины. Машина исчезла за поворотом.

Эд медленно выдохнул, убирая руку от лица Ливии. Их сердца грохотали в груди, но страх начал отступать.

— Они нас ищут, — прошептала Ливия, ещё дрожа.

Эд кивнул, глядя в ту сторону, где только что исчезла машина.

— И это плохо, — тихо ответил он. — Очень плохо.

На мгновение они замерли, наблюдая за тем, как ожившие медленно бредут по улице. Эд крепче сжал рукоять ножа. В груди у него похолодело. Между ними и аптекой медленно, но неумолимо собиралась толпа оживших. Они шатались, тяжело перетаскивая ноги, их рваная одежда цеплялась за мусор и обломки. Гнилые пальцы тянулись вперёд, а пустые глазницы бездумно уставились в пространство, ловя малейшее движение. Из-за заколоченной двери аптеки осторожно выглянул Питер — его светлые волосы торчали в разные стороны, а лицо было переполнено тревогой. Он поймал взгляд Эда. Эд молниеносным жестом — коротким, резким движением руки — показал им оставаться внутри. И без слов было понятно: путь вперёд отрезан. Им с Ливией придётся идти вдвоём. Ливия тоже увидела толпу оживших. Её лицо побледнело, но она не дрогнула. Она знала: другого выбора у них нет.

— Пошли, — сказал он решительно. — Пока они не учуяли нас.

Они двинулись вперёд — медленно, почти ползком, скрываясь за перевёрнутыми машинами, валявшимися мусорными контейнерами и обломками стен. Каждый шаг требовал невероятной осторожности. Влажный асфальт скользил под ногами, а из трещин в земле тянуло затхлым запахом плесени и гнили. Путь к высокому зданию напоминал игру в кошки-мышки. Ожившие были всюду. Один раз Ливии пришлось буквально прижаться к стене, задержав дыхание, пока мимо неё, почти касаясь её одежды, прошёл оживший в лоскутьях офисного костюма. Когда они добрались до здания, Эд первым приоткрыл тяжёлую, перекошенную дверь. Оттуда пахнуло затхлым воздухом, смесью старой пыли и чего-то другого, более зловещего. Внутри царила полутьма. Лестничная клетка была узкой, освещённой лишь тусклым светом, пробивавшимся сквозь выбитые окна. Стены были исписаны граффити, а ступени усеяны мусором. На третьем пролёте лестницы их поджидала новая угроза — несколько оживших, бродивших, словно потерявшиеся души. Один из них, услышав их шаги, с жутким рыком бросился вперёд. Эд, действуя быстро и безжалостно, вонзил нож ему прямо в глазницу, уводя тело в сторону, чтобы оно не грохнулось слишком громко. Ливия справилась с другим — она дрожащими руками всадила нож в затылок ожившей женщине в рваном пальто. Кровь, густая и тёмная, потекла по ступеням, но Эд только кивнул ей — они справились. Они поднялись выше, ещё выше, чувствуя, как дрожат ноги от усталости и напряжения. Наконец, крыша. Открытое пространство встретило их холодным ветром. Сверху весь город казался безжизненным лабиринтом: серые улицы, покосившиеся здания, снующие здесь и там ожившие.