Книга Вирус Aeon. Заражённый рассвет, страница 106 – Татьяна Кравченко

— Подойдёт, — сказал Эд, оглядывая внутри. — Ночью будем по очереди нести караул.

Они быстро затащили рюкзаки в дом. Окна заткнули обломками мебели, чтобы не видно было света. Разложили спальные мешки на полу. Когда всё было готово, они сели в круг, разделив припасы: консервы, несколько упаковок сухого пайка, воду. На мгновение они могли расслабиться. Где-то вдалеке снова прозвучал глухой рёв оживших. Но здесь, в этой заброшенной ферме, на одну ночь, они были в безопасности. Ночь медленно опускалась на старую ферму, заливая её мягким, тревожным мраком. За выбитыми окнами сгущалась тьма, и каждый шорох, каждый стон ветра заставлял напрягаться.

Дежурить первыми вызвались Эд и Ливия. Остальные расположились в одной из комнат на втором этаже, где обломками мебели и досками они закрыли проёмы. Эд сидел у разбитого окна, винтовка лежала на коленях. Ливия устроилась рядом, внимательно всматриваясь в темноту двора. За стенами дома слышался только свист ветра, но от этого становилось лишь тревожнее — слишком тихо для мира, наполненного ходячими.

— Как думаешь, ожившие найдут нас? — прошептала Ливия, не отрывая взгляда от зарослей.

Эд бросил быстрый взгляд на неё.

— Если будем осторожны — нет. Этот дом в стороне от дороги. И вокруг хватает развалин, чтобы затеряться.

Она вздохнула, обхватив колени руками.

— Иногда я забываю, как быстро всё изменилось, — сказала Ливия. — Ещё несколько месяцев назад я думала, что стою на пороге великого открытия, а теперь... мы прячемся от живых и от мёртвых.

Эд усмехнулся без радости:

— Вирус не оставил нам выбора. Теперь мы все боремся за то, чтобы вообще дожить до завтра.

Они на мгновение замолчали, слушая, как где-то за пределами фермы воет ветер и хрустит трава под его порывами.

— Я рада, что ты со мной, — тихо призналась Ливия.

Эд повернулся к ней:

— Я тоже. И мы выберемся отсюда. Вместе.

Они обменялись коротким, полным понимания взглядом. И продолжили молча вглядываться в ночь, готовые поднять оружие в любой момент. Их сменили Джулия и Оскар. Джулия выглядела настороженно, её пальцы нервно сжимали карабин. Оскар старался выглядеть спокойным, но его глаза выдали внутреннее напряжение.

— Ты слышала что-нибудь? — спросил Оскар шёпотом у Ливии, когда та передавала ему винтовку.

— Только ветер. Но держи ухо востро, — ответила она, тронув его за плечо.

Джулия заняла место у окна, а Оскар устроился у двери. Они не разговаривали — каждый звук казался слишком громким в этой тишине. Время тянулось мучительно долго. Иногда вдалеке раздавался приглушённый вой, и тогда Джулия крепче сжимала оружие.

Под утро, когда небо за окнами начало светлеть серым рассветом, их сменили София и Питер. София выглядела взволнованной, но собралась с духом. Питер молча поддержал её лёгким кивком.

Они устроились у окна и двери, делая короткие обходы по комнатам, чтобы проверить периметр.

— Как думаешь, скоро ли всё это закончится? — спросила София, едва слышно.

— Надеюсь. Но готовиться надо к худшему, — ответил Питер, осматривая двор через прищуренные глаза. — Мы должны держаться вместе. И быть сильными.

София кивнула, сжимая в руках длинный нож. Ферма казалась застывшей. Только ветер всё ещё гнал по двору обрывки старых газет, поднимал в воздух сухую пыль, шевелил полуразваленные заборы. В это утро мир по-прежнему оставался враждебным. Но внутри старого дома горела маленькая искра надежды.