Книга Вирус Aeon. Заражённый рассвет, страница 163 – Татьяна Кравченко

Некоторые шкафы были закрыты на маленькие замочки. Ливия достала нож и быстро сорвала один, потом второй. Металл легко поддавался под нажимом. Внутри — ампулы с обезболивающим, препараты с латинскими названиями, знакомыми по практике в изоляционном блоке.

"Вот оно", подумала она, вытаскивая нужное: электролиты, сорбенты, жаропонижающее, средства от шока. Всё аккуратно складывала в рюкзак, проверяя срок годности. Некоторые упаковки были старыми, но запечатанными, их она тоже забрала — на всякий случай.

Когда рюкзак был полон, она в последний раз оглядела помещение. Всё ещё тихо.

"Слишком спокойно", прошептала она.

И в эту секунду где-то снаружи раздался отдалённый металлический звук. Как будто что-то уронили. Или…

Ливия мгновенно замерла.

Рука скользнула к автомату.

Пора уходить.

Ливия рванула назад. Едва она вскарабкалась на подоконник, как стена под окном вздрогнула от автоматной очереди — пули впились в кирпич, высекая снопы пыли. Девушка кубарем спрыгнула обратно, пригнувшись к стене, а в ушах ещё звенел металлический лязг разрывов.

— Эй, крыса! Тебя родители не учили, что чужое брать нельзя? — прогремел женский голос с улицы, резкий, как удар хлыста.

Через щель Ливия разглядела троих: мужчина в камуфляже отступил за капот машины, рядом с ним — женщина в мешковатом свитере, сжимающая в руках рюкзак. Но внимание приковала к себе та, что выступила вперёд.

Она стояла, слегка расставив ноги, будто готовясь к схватке. Короткая стрижка подчёркивала острые скулы и дерзкий изгиб бровей. Кожаный плащ, перехваченный в талии широким ремнём, обтекал фигуру, как вторая кожа. Рука в чёрной перчатке неподвижно сжимала пистолет, направленный в сторону окна — будто чувствовала.

Женщина в плаще резким движением выдернула рацию из кобуры на поясе. Кожаная перчатка скрипела, сжимая корпус так, будто она пыталась раздавить череп невидимого врага.

— Фэл, ублюдок! Ты опять храпишь на дежурстве вместо того, чтоб смотреть за сектором? — её голос прозвучал хрипло, как напильник по металлу.

Из динамика донеслось бормотание, но Ливия, прижавшаяся к стене, различала только обрывки: …устал… три смены…

— В тюрьму его, Рон. Или я сама вышибу ему мозги через уши, — женщина щелкнула тумблером, отрубая оправдания, и швырнула рацию в мужчину из группы. Тот едва успел поймать. Она размахнулась и пнула колесо машины сапогом с шипованной подошвой. Металл застонал, будто живой.

Холодный ветер врывался в щели разбитой рамы, смешивая запах пороха с затхлой сыростью. Ливия прижала ладонь ко рту, заглушая прерывистое дыхание. Они блокировали единственный выход.

— Всё, принцесса, вылезай сама, — женщина с пистолетом сделала шаг вперёд, и лужа под её сапогом вспыхнула кровавым отблеском больничной вывески. — Или хочешь, чтобы мы научили тебя уважению?

За её спиной мужчина в камуфляже щёлкнул затвором автомата. Вторая женщина, та что со сжатым рюкзаком, нервно теребила молнию — под бледным светом фонаря Ливия разглядела на ткани тёмные пятна. Кровь?

Сердце колотилось так громко. Но плащ-косуха уже поднимала пистолет, прицеливаясь в окно.

— Последний шанс, воришка.

— Выхожу! Не стреляйте! — Ливия выбросила руки вверх, ладони дрожали, ногти впивались в застывший воздух. Шаг за шагом, цепляясь ботинком за штукатурку подоконника, сползла на землю. Повернулась — и застыла. Три ствола в её сторону: гладкий ствол пистолета женщины в плаще, автомат у мужчины и карабин в руках молчаливой спутницы с рюкзаком.