Книга Вирус Aeon. Заражённый рассвет, страница 253 – Татьяна Кравченко

— Семнадцать единиц! — выпалил Шон, голос сорвался на фальцет. — У нас... Мы... пособирали ружья, старые пистолеты, кто что хранил дома. Патронов почти не осталось, почти всё на охоту уходит.

Эд кивнул, убрал пистолет.

— А вот это уже мне нравится, — произнёс он, делая шаг назад. — Комфортнее ведь без металла у виска?

Оба закивали, как испуганные школьники перед разгневанным учителем.

Он указал на ящик у стены, из которого торчали приклады и стволы: карабины, винтовки, автомат, оружие которое они захватили из бункера. Потом перевёл взгляд обратно на пленников.

— Как думаете, если вы с вашим арсеналом, и мы с нашим… — он кивнул на ящик, — ...столкнёмся лицом к лицу. Кто кого?

Те побледнели. Один сглотнул.

— Мы… мы не хотим войны…

— Отлично. — Эд скрестил руки. — Потому что мы не планировали умирать. Поверьте, мы сегодня убили достаточно мертвецов, и не хотим добавлять к ним живых. Но подумайте: если ваши парни нападут, что случится с вами обоими?

— Мы не знали, что вы не от коменданта, — выдавил Шон. — Он… он нас держит за горло.

— Так расскажи, — Эд сел на подлокотник старого кресла, но оружия из рук не выпускал. — Что он вам сделал?

Мужчина вдохнул, словно собирался с силами, потом начал говорить, глядя в пол:

— В первый раз он приехал и требовал, чтобы мы присоединились к нему. Тогда у нас было больше стволов. Мы могли бы вступить с ним в бой, но… Он отступил. Сказал, что вернётся… с подкреплением. И он вернулся. Сказал: либо платите — либо они заберут всё и вся. С тех пор они приходят раз в месяц. Забирают мясо, овощи, консервы. Что не отдашь — отнимут силой.

— Ну ты, Шон, и трепло, — буркнул Оливер, бросив на напарника раздражённый взгляд.

Шон фыркнул и развёл руками:

— А что? Я тоже не хочу сегодня умирать! Если бы они пришли нас убивать — мы бы уже с трупами бродили, понял? А так… они с нами разговаривают. Значит, не враги.

— Ты и в первый раз рот раскрыл, когда тебя прижали, — прошипел первый. — Чуть что — сразу песни петь.

— Песни?! — Шон вскинулся. — Да я тебе жизнь только что спас, дубина! Хочешь быть героем — давай, сиди с пулей в лбу!

Эд подошёл ближе, с едва заметной усмешкой.

— У вас, смотрю, крепкая команда, — сухо заметил он. — С такими бойцами коменданту только радоваться.

Шон отвёл взгляд, буркнув:

— По крайней мере, мы ещё живы… пока.

Ливия стояла рядом, молча наблюдая за перебранкой. Эти мужчины — не злодеи. Просто загнанные, напуганные люди, уставшие жить под гнётом и ждать, когда в следующий раз за ними придут.

— И будете живы, — сказал Эд, уже серьёзно. — Если вы, наконец, поймёте, что мы не враги.

— Нам просто нечего уже есть самим, — мрачно сказал Шон, опустив голову. — Мы решили дать отпор. Его люди, когда приехали в последний раз, мы прямо сказали им — ничего не дадим. Ни мяса, ни овощей. Пусть сами выживают. Они уехали, но пообещали вернуться с подкреплением и «вычистить весь этот сарай», как они выразились.

Он глянул на Эда, и в его голосе прорезалась усталость:

— А какая нам разница, сдохнуть от голода или от пули? Хоть с оружием в руках. Мы и подумали, что ты — от коменданта. Приехал нас добить.

Эд прищурился, опираясь о спинку стула:

— Ах да, вы же двое сегодня чуть не пришили меня… А теперь вот, беседуем спокойно.