Онлайн книга «Искатель, 2008 № 09»
|
— Распустил я брюшко немного, — виновато завил он, с завистью покосившись на Геракла-Никиту. А в это время разговор трех любителей живописи вышел на более высокий уровень. Все трое вдруг воспылали любовью друг к другу. Идея иногда может стать материальной силой, сказал в девятнадцатом веке великий философ, если она овладеет массами. Идея была подброшена Эдит. — Если бы у меня были возможности, — сказала она, — то я бы открыла собственную художественную галерею, антикварный салон, окружила бы себя художниками, музыкантами, творческой богемой. Вместо собаки или кота у моих ног возлежал бы молодой паж. А в это время художник писал бы с нас картину. Ах, как бы я красиво выглядела на оттоманке. А потом этот шедевр должен был бы висеть в моей галерее или салоне и иметь такую баснословную цену, чтобы покупатель не мог и помыслить о покупке. На худой случай я и директором салона пошла бы. А то жизнь утекает между пальцев, годы идут. Только раз в месяц и прикоснешься к прекрасному. — Я тоже всю жизнь мечтала о своем салоне, — заявила Аглаида, — а ваша идея хороша. Знаете что, поехали ко мне домой, я вас отличным чаем угощу. Заодно и обсудим все проблемы собственной галереи. Вы как, Федор, не против? Эдит, я вас приглашаю. У меня и оттоманка есть. Мы Федора у ног посадим. Федор промолчал, он был слишком «за». Все выстраивалось в его пользу. То, на что Купец намечал потратить месяц времени, у него выгорело за два часа. Сама в гости зовет. Федора даже оторопь взяла, как легко это получилось. А Аглаида блюла свой интерес. Она хотела дождаться у телевизора вечерних и дневных выпусков новостей. Триумф на людях вдвое слаще. Да похвастаться было чем. Поехать в гости Эдит сразу согласилась. — Я только мужу позвоню. Василий Генерал непроизвольно дернулся, когда у него на поясе зазвонил мобильный телефон. Он отлично видел, как его драгоценная половина поднесла к уху трубку. — Василий, это я. Я тебе с выставки звоню. Меня в гости пригласили, ты не будешь против, если я приму приглашение. — А кто пригласил? — Кто? Ах ты, мой ревнивец. Замечательная женщина. Аглая Зауральская. Рядом со мною стоит. Меценат между прочим. Я, думаю, ненадолго. Нет, не в ресторан. К ней на квартиру. Ну хорошо, мой ненаглядный, я тебе перезвоню. Никита, слышавший весь разговор, насмешливо сказал: — А про твоего соседа Красавчика ни слова. Интересно, возьмут они его с собой или нет? Не хочешь поспорить на бутылку коньяка долларов за пятьдесят? — Возьмут! — сказал Васька Генерал. — И я думаю, возьмут! — сказал Никита. — Тогда вскладчину бутылка долларов за двадцать. — Идет! Внизу обе дамы собрались покинуть выставку, когда Федор напомнил Аглаиде, что они обещали художнику Владилену Треске вернуться. — Заказывать портрет будете у этого артиста? — А кто это? — спросила Эдит. Федор и тут не стал темнить: — Я у этого художника вроде коммивояжера. На проценте сижу. Неплохой, кстати, портретист. Если его сильно раскрутить, то и за первого мазилу в странах СНГ сойдет. — Пожалуй, закажу портрет! — сказала Аглаида. — С него и начнем галерею. Подошли к художнику. Потертый замшевый пиджак и платок на шее создавали ему достаточно богемный вид. Эдит стала рассматривать его немногочисленные портреты, не вступая в общий разговор. Аглаида сразу взяла быка за рога: |