Онлайн книга «Искатель, 2008 № 10»
|
— Шутишь? — округлил глаза Хватко. — Шесть с лишним суток впереди, разве можно?! — Ясно. Тогда отчего бы нам их сейчас не оприходовать все разом? — А потом как же? — окончательно удивился приятель. — А потом уже засядем в вагоне-ресторане до самого Владивостока. — Шу-утишь! — догадался Вадим Вадимович, грозя оторванным куриным крылом. — А раз не хочешь, так бы и сказал. — Я так и сказал, — пожал плечами Горислав Игоревич. — Однако ты не стесняйся, кушай. Когда есть желание. Я вздремну пока. — Тоже дело, — крякнул Хватко, опрокидывая стаканчик, и смачно, с эдаким молодецким хрустом закусил крылышком. Костромиров тем временем закурил неизменную пенковую трубку с янтарным мундштуком и растянулся во весь немалый рост на постели. При взгляде на этого сорокапятилетнего мужчину (выглядящего по крайней мере лет на десять моложе своего биологического возраста), на его хорошо тренированную, мускулистую фигуру, загорелое, с хищными чертами лицо и особенно глаза, в которых нет-нет да и мелькала легкая сумасшедшинка, мало кто догадался бы, что перед ним представитель сугубо мирной, можно сказать кабинетной, профессии ученый. А если точнее — профессор Института востоковедения, член-корреспондент Российской академии наук. Закинув руки за голову, Горислав Игоревич с блаженным вздохом прикрыл веки, стараясь ни о чем особенном не думать. С сегодняшнего дня он находился в законном отпуске, так отчего бы не расслабиться? Впрочем, теперешняя его поездка к самому крайнему окоему государства Российского преследовала не одни только рекреационные цели, присутствовал в ней и профессиональный интерес. Побудительной причиной столь масштабного круиза был другой давнишний приятель Горислава — Пасюк. Любопытно, что, несмотря на многолетнее знакомство, Костромиров до сих пор не знал: «Пасюк» — фамилия это или прозвище? Но как бы то ни было, владельцу оно здорово соответствовало. Причем не только внешнему виду — чертами лица, да и всем обличьем Пасюк изрядно смахивал на одноименное животное, — но и роду его занятий, поскольку тот являлся неформальным вожаком черных диггеров Москвы. Помимо этого, Пасюк был «соучастником» Горислава в нескольких весьма рискованных авантюрах, последней из которых стала история с «Золотым Лингамом», случившаяся года три тому назад[1]. А не так давно Пасюку сделались тесны столичные катакомбы, и он всерьез увлекся иным, хотя и смежным родом занятий — спелеологией. Бог ведает как, но только новый интерес занес его не куда-нибудь, а в отроги Сихотэ-Алиня. А пять дней назад Костромиров получил от него письмо, в котором тот сообщал, что их группа наткнулась на ранее неисследованную пещеру, где они обнаружили остатки загадочного святилища. В конверт была вложена лишь одна фотография, но она настолько поразила ученого, что он немедленно засобирался в дорогу. Конечно, при таких обстоятельствах логичнее было бы лететь самолетом, но тут Гориславу Игоревичу вспомнилась фраза из докладной записки графа Сергея Юльевича Витте — главного вдохновителя строительства Великого Сибирского пути и тогдашнего министра путей сообщения — императору Александру III: «Как без посещения Мекки нельзя быть настоящим мусульманином, так не проехав из столицы до Дальнего Востока, нельзя будет называться подлинным русским». Это воспоминание решило выбор транспортного средства. В конце концов, святилище за неделю никуда не денется, а подобного путешествия — едва ли не через весь континент — он еще никогда не совершал. Хотя успел за свою жизнь побывать не в одном десятке стран. |