Книга Обольстительный пират, страница 115 – Минерва Спенсер

— Нет, — сказал он, вполне довольный увиденным. — Уже нет.

Дафна сорвала очки и скрестила руки на груди.

Хью улыбнулся ее маленькому бунту.

— Нет, лучше надень. Я собираюсь тебе кое-что показать, и мне бы хотелось, чтобы ты это увидела со всей четкостью.

Он уселся в кресло напротив кровати и принял позу готового ждать хоть до конца дней. Какое-то время Дафна смотрела на него, потом тихо фыркнула и надела очки.

— Умница, — похвалил ее Хью с явным намерением позлить.

Дафна с вызовом потянулась к хрупкой оправе. Хью поднял брови: ему было искренне любопытно, на что она готова, но так или иначе, это его развлечет.

Она излишне драматично снова скрестила руки на груди.

— Очень хорошо. Итак, что вы собирались показать мне, милорд?

Хью вытянул ноги и сбросил домашние туфли, сначала одну, потом другую.

Дафна глубоко вдохнула, отчего ее аппетитные груди поднялись еще выше.

Хью принялся неторопливо стягивать один за другим чулки, неотрывно глядя на нее. Дафна выпрямилась и, чуть склонив голову, так что глаз не было видно за бликами на очках, стала наблюдать.

— Я собираюсь раздеться, — пояснил Хью, не слишком заботясь о том, что объяснения излишни. — Супруги обычно раздеваются каждый в своей комнате или в темноте. — Он улыбнулся, встал, расстегнул сюртук и стащил со своего горячего, переполненного страстью тела, потом помедлил. — Прости. Надо было спросить: тебе хочется посмотреть, как я раздеваюсь, или предпочтешь, чтобы я сделал это в темноте?

Дафна судорожно сглотнула, да так громко, что Хью услышал, и буркнула:

— Предпочитаю посмотреть.

Хью мог бы поклясться, что слышал, как кровь, забурлив, прилила к паху, и удивился, что она, оказывается, еще осталась в других частях тела. Он бросил сюртук в кресло, с которого только что встал, но замешкался, снимая шейный платок, и для начала вынул булавку с изумрудом, положил на прикроватный столик. Придвигаясь ближе к постели, он размотал наконец платок, потом стащил и его и тоже швырнул в кресло.

Дафна глаз не сводила с его пальцев, расстегивавших жилет, и он не стал спешить, замедлился, чтобы насладиться ее увлеченным вниманием. Вот он расстегнул последнюю пуговицу и сбросил жилет, отчего ворот рубашки разошелся.

Грудь Дафны вздымалась от коротких вдохов, горящие страстью голубые глаза были прикованы к треугольнику распахнутого ворота. Хью смотрел на нее, пока она не заметила этого, посмотрев на него в упор, словно хотела заглянуть в самую душу.

Хью закинул руки за голову, взялся за ворот рубашки и, стащив ее через голову, бросил на пол. Он ожидал, что Дафна будет смотреть на шрамы на плечах и груди, но ее взгляд приковал бугор у него на штанах.

— Не забывай дышать, любимая, — посоветовал Хью с улыбкой.

Дафна вскинула глаза и прищурилась.

Хью начал раздеваться так неторопливо, потому что не был уверен, доводилось ли ей видеть обнаженное мужское тело, и боялся напугать ее или вызвать отвращение, но теперь откровенно наслаждался повисшим между ними напряжением, которое усиливалось по мере того, как он избавлялся от очередного предмета одежды.

Он провел рукой по груди, и взгляд Дафны последовал за его ладонью, как у кошки, высматривающей добычу. Он медленно спустился ниже, огладил плоский живот и нырнул кончиками пальцев под край гладкого атласа. Ее внимательный взгляд вызывал невероятное удовольствие. Он отстегнул маленькие петли, которые удерживали его возбужденное естество внутри, и слегка поправил его, наслаждаясь эффектом, который этот жест произвел на ее корсаж, хоть ему ничуть не помог сбросить напряжение.